Охотник. Куда вас, сударь… занесло?

 – По распоряжению Вождя… в карцер ее… до особого распоряжения… Вождя!

Казавшиеся темными и грозными статуями бойцы резво подхватили растерянно хлопающую ресницами девушку, и поволокли прочь из кабинета… все произошло настолько быстро, что Ранга Нильвцер уже за дверью смогла опомниться и из-за захлопывающейся двери донесся ее сдавленный крик: «Мама!»…

Аида долго молча и неподвижно, словно мраморная статуя сидела в своем полутемном кабинете. Никто не видел, как по ее бледному лицу скатилась одинокая слезинка.

Сейчас в ее глазах стояло изображение перепуганного бледного лица дочери, которая не понимала за что ее куда-то волокут эти два амбала.

– Где же я тебя недосмотрела? Доченька! – В ее глазах стоял немой крик души. Могло показаться что у этой женщины не может быть никакого сочувствия к кому – либо, но…

– Переживаешь? – Внезапно раздался в гробовой тишине, опутавшей огромный кабинет, тихий но уверенный голос. Но женщина даже не шелохнулась, когда из темного угла к столу шагнула стройная фигура мужчины, затянутого в простой солдатский комбинезон.

Вождь, а это был именно он, молча поиграл желваками, глядя на свою старую боевую подругу. Его память подкинула ему несколько старых воспоминаний…

… Грохот взрывов орбитальной бомбардировки… Горящие чадным дымом разрушенные здания… непрекращающийся треск зенитных комплексов, пытающихся хоть на короткое время отогнать штурмовики арварцев… и среди всего этого безумия войны – ОНА… всегда в идеальном комбинезоне… с какими-нибудь своими новыми разработками, которые спасали не раз в критической ситуации… Как она там говорила? «Именно в таких ситуациях новое оружие и покажет все свои плюсы и минусы!» – так кажется? Но сейчас ее стальной стержень видимо дал трещину, и разумный, которого все огромное население Конфедерации Делус называло с душевным трепетом – Вождь, это отлично видел.

– Я говорил тебе, что дети – это не шутка! – Наконец решил он нарушить возникшее неловкое молчание. – И не игрушка… не эксперимент, который можно провести и, получив результаты, благополучно забыть! Нет! Но ты меня не послушала! А теперь, что?

– Что? – Тихо, словно эхо отразившееся от стен, без эмоционально как автоматическая кукла, спросила Аида.

Вождь внимательно всмотрелся в ее мраморное лицо. Она как всегда была просто безупречна. Чистая бархатистая кожа. Идеальная прическа. Минимум макияжа, который только подчеркивал холодную красоту тонких аристократических линий лица.