Охотник. Сборник 7 и 8 часть

Согласного этого пункта, намеренное использование разумных членов корпорации, в результате чего они могут погибнуть, что коротко называлось– послать (или оставить) намеренно на смерть, карались огромными штрафными санкциями. Эти санкции рассчитывались в размере от значимости этого разумного в иерархии корпорации. А ведь эта старуха была одним из директоров корпорации! У неё в руках до сих пор было двадцать пять процентов акций корпорации.

– Тиара, я думаю, мы сможем этот вопрос как-то урегулировать…– Попытался он сразу понизить накал ситуации, понимая, что в данном случае ему вряд ли удастся вывернуться от штрафных выплат, и размер этих выплат мог превысить все имеющиеся финансовые активы корпорации.

 – Пойми, сейчас у нас не лучшие времена! "Карак" погиб! У нас остался фактически только линкор, и твой носитель… Ты понимаешь, что…

– Я не собираюсь ничего понимать! – Упрямо фыркнула пожилая женщина прямо в лицо своего бывшего товарища. – Ты бросил меня …"Маури"… И весь экипаж на растерзание наемников, которые шли по нашим следам! И почему-то, ты даже не удосужился побеспокоиться о том, чтобы мой корабль хоть как-то мог бы быть отремонтирован! И даже не стал нас ждать!

– Я ждал! – Тут же попытался он перевести стрелки вины на тех наемников, которые сидели в проходной системе.

 – Я пытался уговорить наемников в той системе, чтобы они дали мне время тебя дождаться… Но они…

– Что ты мне врёшь? – Выражение брезгливости перекосило и так не сильно симпатичное лицо.

 – Они мне дали прослушать все ваши переговоры! Там не было ни капли упоминаний про "Маури"! Я отлично видела, как ты драпал с той системы, так, что аж пятки сверкали! А они, в отличие от тебя, помогли мне отремонтировать мой корабль! И даже, помогли подзаработать! Кстати, а как там поживает моя доля в трофеях? Которые ты так резво увёз?

Не ожидавший этого подлого вопроса в присутствии посторонних, глава корпорации «Ашеми» закашлялся так словно чем-то подавился.

Ведь он уже рассчитывал на то, что все эти контейнера с товаром Синдиката Треугольника принадлежат только ему. А сейчас ему придётся делиться.

– Твоя доля, двадцать пять процентов, в целости! – Как можно более невинным лицом постарался он проговорить, пропихивая слова через внезапно пересохшее горло. – Всё в порядке!

– Какие ещё двадцать пять процентов??? – Взорвалась капитан-мать руганью, не скрывая своего отношения к бывшему руководителю.