Полукровка. Свалка

А в самой глубине контейнера стояла малый деактивированный реактор! Вот это подарок! Теперь я мог задействовать даже ту старенькую медкапсулу, которую мы с Сзуном перетащили в наше убежище. Но сейчас мне в первую очередь хотелось собрать эту установку, которая шла с этим реактором. Ведь она была явно медицинская! И не дешёвая, так как сам ящик был украшен различными узорами на тему природы. А на обычных медкапсулах такого обычно не бывает, особенно на военных. Вполне возможно, что это был чей-то специальный заказ.

Но мне сейчас было не до этого, так как заряд в экзоскелете заканчивался, а зарядное устройство было в Убежище. Я аккуратно закрыл контейнера с находками и медленно побрел назад. Заодно заново настроил ловушки при входе в корабль. А те мне очень уж не хотелось бы получить сюрприз в виде какого–нибудь пробравшегося внутрь ангаров корабля ищейки. Закончив все свои дела, я побрел в убежище. Добравшись до него, я, буквально на последних крохах энергии добрался к зарядному устройству и подключился к нему. Подключился в прямом смысле этого слова, так как снять его я просто не мог, потому что потом без посторонней помощи просто не смогу надеть. Раньше мы с Сзуном могли бы помочь друг другу… но не теперь… я тихо скрипнул зубами, вызвав болевой прострел в челюсти. Теперь мне нельзя было расклеиваться, так как от этого зависело мое выживание. Сзун говорил мне, что возможно есть шанс меня вылечить и восстановить до первоначального состояния, но нужны средства. Но теперь, не имея связи с городом, об этом можно было забыть. Кто-то бы в данной ситуации опустил бы руки, но мое природное упрямство не давало мне этого сделать. И я просто закрыл глаза, попытавшись заснуть. Мне предстояло пролежать возле зарядного устройства целых пять часов, пока аккумулятор экзоскелета не зарядится полностью, так почему бы мне не поспать. Хоть здесь это делать и неудобно, но нужно же мне как-то скоротать это время? Вскоре я все же заснул…

Город…Аграфы…

Сиулиэль Лиунваль старательно держал марку невозмутимого и высокомерного аграфа.

И даже сидя в местной забегаловке, которую местные называли рестораном, он продолжал себя вести так, словно находился в лучшем имперском ресторане… но среди быдла. Его высокомерие буквально перехлёстывало через край, особенно когда он сталкивался взглядом с местными самками, которые считали, что они настолько неотразимы что даже аграф не устоит перед их чарами. Наивные! Он внутри себя рассмеялся.