Тернистый путь. Охота на лис

Поэтому подозревать меня в том, что я решил сунуть свой нос в интриги придворной жизни, просто никто не станет. Так как всем понятно, что для этого нужно быть действительно заинтересованным в подобных делах. Я же как бы таким не был. И заранее позиционировал себя, как абсолютно никак не интересующийся такими делами разумными. Так что именно меня подозревать в таких делах будут в последнюю очередь. И это факт…

Как я узнал на следующий день, всё сложилось как нельзя лучше. Когда баронесса Лан Ранит зашла к своему отцу в кабинет, тот как раз пил вино.

И потом даже маг иллюзий доказал тот факт, что барон мог отравиться именно вином. Лёгкий след от укола шипом, который сделала девушка, когда просто подошла к отцу, и положила свою руку сверху на его, никто так и не заметил. Но сам факт того, что все симптомы отравления имелись, стоил отдельного упоминания. Убедившись в том, что в вине не было яда, маги-дознаватели из Тайной службы королевства сделали вывод что яд был эльфийский. Он успел разложиться раньше, чем прибыли маги-дознаватели, и провели проверку этого трупа. Всё. Да! Не зря эльфы старательно заслужили себе подобный авторитет в виде интриганов огромного масштаба. Результат эффективности их вмешательства сыграл в этот раз именно в мою пользу. Кто бы знал, что так всё повернётся?

Хотя сейчас и это было не суть важное. Ещё через неделю я узнал ещё и о том, что её братья, направившиеся поочередно в сторону столицы, попали в засаду разбойников. Где и погибли.

Причём, судя по тому, как именно они погибли, можно было понять, что один брат… Младший… Помог старшему умереть. Знаете… Кинжал в спине, который легко опознать по пустым ножнам хозяина этого оружия, говорит о многом. Однако за выполнение заказов всё равно пришлось заплатить. В общей сложности всё это обошлось графине Лан Варман в двадцать тысяч золотых. Но она была не в обиде. Потому что я отдал ей эти деньги. Так как заранее понимая, что у неё вряд ли хватит средств на такой сюрприз, мне пришлось раскошелиться. Зато теперь, у молодой баронессы Лан Ранит просто не было выбора. Она должна была появиться перед глазами своего сюзерена, который будет вынужден её простить. Одно дело, когда ко двору не допускают молодую дворянку, являющуюся дочерью придворного… И совершенно другое – когда речь идёт о вассале короля, который может быть и провинился. Но не настолько, чтобы его не допускать на различные мероприятия королевского значения.