Долгий дозор

Егору было обидно, хоть разворачивайся и лупи Ромку-джи в ухо прямо тут, в Совете. Однако – выгонят сразу. Одного-то, может, и простили бы, а втроём…

Маринка, молодец, тихонько так, вежливо, как камышовая крыска, заранее просочилась. Зря только Ромку-джи с собой взяла, шайтана дурацкого! Тупой, блин, как верблюжья задница, а туда же! Подумаешь, в Челябинске был… ходжа задрипанный… руки распускает…

Егор с досады закусил губу и стал смотреть на светящийся тусклыми пятнами потолок. О, глянь-ка, ещё несколько тёмных пятен появилось! Во-о-он там раньше пятно было на голову человека похожее, а теперь не пойми чего получилось.

Дед говорит, что потолок когда-то просто огнём сиял, а теперь выдыхается, пятнами идёт. Прав был дед. В этой комнате раньше школа была… потому что из всех других так и оставалась самой светлой… ещё и мы сюда первый год бегали… а теперь школу в другом месте держат, где солнце через маленькие окна под потолком светит.

Поутру, бывало, занесёт их песком и мулла-батюшка гонит наверх пару дежурных – отгребать… Раз они с Ромкой-джи, – а ведь здоровые уже были, лет по тринадцать! – добаловались и высадили стекло.

Песок на школьный комп посыпался. Мулла-батюшка прочёл молитву о кающихся грешниках, засучил рукава своего комбинезона… и ка-а-ак врезал своим посохом по задницам обоим дежурным… ох и больно же было! Не приведи Господь-Аллах ещё и под его посох попасть – в его руке сила праведная, солдатская… и калаш у него именной, собственный. Ещё от Первосвященника Ивдельского… реликвия!

– Слышь, Егорка, где ты их нашёл, а? – зашептал сзади Ромка-джи. – Там, где капище с крестом?

– Нет там креста, – сухо ответил Егор.

– Так там же крест торчал! Куда мог деться? Карачи стащили?

– Какой крест, дубина! – не выдержал Егор и повернулся. – Это не крест совсем… а так, обломки какие-то. Нечестивое капище в другом месте!

– Тише ты! Смотри, аминь уже начали!

Егор посмотрел на старосту и вдруг понял, что тот замолчал и омывает руками лицо.

Все в комнате нагнули голову:

– Господь-Аллах, Вера-Истина!

– Аминь, – закончил Зия по праву гостя. – Теперь, как я понимаю, наша очередь?

– У тебя фирман-Москва, ты говоришь – мы слушаем. Москва – сорок добродетелей, Москва всё видит, престол её у врат райских, семь холмов её – семь твердынь Веры-Истины! – забубнил нараспев староста Володя.

Ох, и хитрый же он у нас! Савва всё пишет, всё подряд – это уж точно.