Романтический ультиматум

– Потому что я просто верю, – сказал Росс, упрямый, как всегда.

– А я не верю! – Кармел не собиралась позволять ему откупаться от своих отцовских обязанностей, как он откупился от обязанностей перед своей сестрой: оплачивал учебу и гувернанток, но не уделял ей времени. – Никто не знает, будет ли он хорошим родителем, пока им не станет, – добавила она.

Пусть все, что Росс сейчас чувствовал по отношению к Маку, – это ответственность, но начало положено. Что-то, с чем они могли бы работать.

– Или ты думаешь, я считала себя хорошей матерью в девятнадцать лет?

Глаза Росса расширились, и он поморщился:

– Тебе было девятнадцать в ту ночь?

Он провел пальцами по волосам, кровь отхлынула от его лица.

– Боже милостивый, ты была ребенком.

– Ерунда, – парировала Кармел. – Я была взрослой женщиной, с полноценными желаниями и потребностями… – Может быть, она была наивной и глупой и слишком очарованной им. Но она прекрасно знала, что делает, и наслаждалась каждой секундой. – И я считаю, что я доказала это.

Насколько я помню, в ту ночь ты был так же доволен, как и я, – добавила она, и что-то в его заботе заставило ее снова почувствовать себя той безрассудной девчонкой. – На самом деле я, вероятно, должна поблагодарить тебя, – добавила Кармел, не в силах удержаться. – Я слышала от подруг, что первый раз у женщины редко бывает так хорош, как было у меня с тобой.

– Ты была девственницей? – Росс прошипел эти слова, шок превратился в ужас.

– Недолго, – сказала она, чувствуя себя задирой.

Обхватив голову руками, Росс застонал.

– Я удивлен, что твой брат не заключил со мной контракт после того, как узнал мою личность, – сказал он.

Кармел коснулась его плеча.

– Не нужно так переживать, – сказала она, – ведь это я приставала к тебе.

Да, она была немного моложе его и безнадежно неопытна, но в ту ночь она хотела потерять девственность. И это было потрясающе, так что она ни о чем не жалела.

– Все, что я могу вспомнить, – это то, что я хотел тебя больше, чем кого-либо в своей жизни.

Черт возьми, Кармел, я прижал тебя к дереву в твой первый раз. Без использования защиты и не узнав, сколько тебе лет. Мне противно даже думать об этом.

– Ты дважды спрашивал меня о моем возрасте, и оба раза я солгала, – ответила она, ее сердце странно застучало от его заявления. «Я хотел тебя больше, чем кого-либо в своей жизни»… Значит, она была для него особенной. Приятно знать, что тот случай для него тоже что-то значил.