Мрак и Хаос. Выжившие

Его пузо свисало чуть ли не до колен. Вася в принципе поразилась тому факту, что он может передвигаться. Грязная рожа, кое-где заляпанная кровью, тоже не прибавляла ему привлекательности, а длинный шрам рассекал всё лицо справа от лба до подбородка.

– Неужели этот ублюдок тоже, как и мы, скучает по тугим кискам, а? – хохотнул второй, протискиваясь мимо первого и делая пару шагов к Васе. Он вряд ли был сильно старше её, но держался так, словно много уже дерьма повидал в жизни. Щуплый и хилый, явно не доедал – одежда на нём болталась.

Лицо ничем не выделялось, обычное такое лицо, каких десятки на улицах умирающих городов. Вася пыталась запомнить, как они выглядят, чтобы описать Уборщику. Если останется жить, конечно.

– Ты немая, что ли? – спросил первый, почёсывая живот. – Мы собирались просто еды стащить, но раз уж ты здесь, то не обижайся – давно бабы не было у меня.

– Вы не думаете, что Уборщику это может не понравиться? – Вася понимала, что ничего не сможет сделать против двух мужчин.

И, казалось бы, если один раз уже это пережила, то второй раз будет не так страшно, верно? Лишь бы не убили. Но Вася не хотела снова проходить через это унижение.

– Дак его ж здесь нет, мамзель, – снова хохотнул тот, кого звали Антохой, делая ещё пару шагов в её сторону. – Давай ты пока жрачку заберёшь, а я подготовлю почву, так сказать? – эту фразу он кинул своему другу.

Вася сжала ложку, отступая. Если жирдяй уйдёт в другую комнату, то она может сбежать, этот хиляк вряд ли намного сильнее её.

Но нужно было выгадать правильное время.

– А что сажать собрались, пацаны? – Вася увидела Уборщика сразу, как он появился за спиной жирдяя. Он пихнул его в спину, и тот упал в центр комнаты. – Я, сука, чего-то не пойму. Вы нюх потеряли, псы вонючие?

– Из-звините, – заикаясь, заблеял Антоха, тут же растеряв всю свою уверенность. – Мы просто проходили мимо, и…

– И решили ограбить единственного колдуна в округе? Ну, потому что… А почему нет, да? – на лице Уборщика появилась издевательская улыбка.

 – Ты как? – последний вопрос предназначался Васе.

– Нормально, – она механически посмотрела на кастрюлю. – Рагу подгорает.

– Печально, я ведь очень голоден, – он как-то странно глянул на гостей. – Что делать будем, говнюки?

– Какого хрена? – жирдяй как будто очнулся и, поднявшись на ноги, теперь обиженно сопел. – Ты ведь ушёл! Мы видели!

– Ага, – Уборщик кивнул.