Двухголовая химера

Он отхлебнул кипятка из единственной оставшейся у нас кружки и кашлянул, уставившись на поднимающийся пар. Мы не торопили с рассказом – уже почти стемнело, выдвигаться было поздно.

– Крюк после падения я так и не нашёл, – продолжил пуэри после паузы. – Должно быть, в том же выступе и остался. В общем, больше всего я боялся, что заблужусь. Карта осталась у тебя, у меня не было копии. Пришлось почти сразу использовать поисковое плетение, чтобы держаться направления. К вечеру третьего дня вышел на возвышенность, но был уже далеко к югу от вас.

Вернее, я предполагал так. Той же ночью пришлось отбиваться от каких-то зверей, мохнатых, похожих на больших людей. Они напали вчетвером, да так неожиданно, что я едва успел отскочить. Вот, наградили, – он указал на шею. – Но больше они меня догнать не смогли.

– Мы тут беспокоились, что он убился, бедолага, а у него там оказывается лучше, чем у нас было! – воскликнул Кир, впрочем, без зависти.

– Не знаю, как было у вас, но я особо не напрягался. Идти, правда, пришлось больше и быстрее.

Поэтому дрова я выбросил, не ругайтесь. Мясо почти всё сохранил.

– Это ты молодец, – кивнул гном.

– Ещё день я плутал по горам, пытаясь определить, как попасть обратно на нашу тропу. Ничего не получалось. К вечеру решил идти строго на запад в надежде хотя бы не отстать. Шёл и днём, и ночью. Утром оказалось, что тропа, по которой я шёл, забрала к северу. Ну, думаю, теперь правильно пойду. Но тропа сначала ухнула вниз, а потом пошла по ущелью на восток. Пришлось вернуться, искать ещё пути.

В одном месте мне удалось залезть на возвышенность, с которой я перепрыгнул на другую… Поскакал, в общем, пару часов, нашёл ещё тропу. По ней шёл до ночи и снова запустил заклятье. Тогда вас и отыскал.

– … и меня чуть кондрашка не хватила из-за этого, – пробурчал Кир.

Я засмеялся и глянул на Рэна: тот даже не улыбнулся. Он всё ещё смотрел на пар, выходящий из кружки.

– Какой-то ты не радостный, – заметил я.

Пуэри встрепенулся, словно очнувшись, бегло посмотрел на меня и отмахнулся:

– Посмотрю на тебя после недельного марш-броска, – он одним махом осушил остывшую воду и начал устраиваться на своём плаще.

 – Надо поспать. А то за всю неделю и десяти часов не поспал…

Рэн лёг, как всегда, в позе эмбриона, но на этот раз спиной к нам. Его ответ показался мне грубым – и я не обратил бы на это внимания, если бы говорил с Киром. Рэн же всегда был очень тактичным и внимательным, он никогда не огрызался и не хамил.