Эссенция пустоты

Залез не так давно в архив аль-назирского султана, по заказу. Там и наткнулся на эту карту. Ушло несколько месяцев, чтобы узнать, что за местечко на ней указано. Не уверен каменно, но на ней не может быть ничего кроме Солнечного Сокровища. Я в этом убедился.

– Как?

– А вы подумайте, – он обвёл глазами всех сидящих за столом. – Вспомните легенду.

Над столом повисло напряжённое молчание.

Где-то на другом конце зала громко вскрикнула одна из гулящих девиц, и тут же захихикала. Кто-то требовал ещё рома, кто-то завязал драку, но после нескольких глухих ударов звуки борьбы смолкли, и по трактиру снова прокатилась волна могучего хохота.

На компанию у камина во всей этой суматохе никто не обращал внимания.

Выждав паузу, парень обратился к другим сидящим за столом:

– Понимаете? Всё сходится.

– Да, сходится, – наконец проговорил Селах, – Ребята, выбейте-ка из него местоположение сокровища.

Громилы уже начали вставать, но Тхенда опередил их, вскинув руки:

– Сесть!

Никто не ожидал подобной властности от субтильного паренька лет двадцати пяти от роду, поэтому сбитые с толку наёмники медленно сели, глядя то на вора, то на пирата.

Борк смотрел на своего спутника со смесью удивления и опаски – как на случайного прохожего, внезапно выкинувшего безумный фортель.

– Капитан Селах, – с прежней учтивостью продолжил ловкий вор. – Пытками вы ничего не добьётесь. Я скорее умру, чем позволю ускользнуть добыче всей моей жизни. К тому же, я могу лишь приблизительно указать место, карта была старой, нечёткой, и ориентироваться придётся на месте.

Я заранее пропитал карту особым горючим маслом, потому что знал, что вы захотите оставить меня за бортом. Неужто вы думаете, что не предусмотрел для себя лёгкой смерти? Задумайтесь – если сгину я, последняя ниточка к сокровищу оборвётся. Давайте не будем препираться, лучше заключим соглашение.

Пират, помолчав, откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди:

– Сколько ты хочешь?

– Пятую долю.

– Не пойдёт, – с ходу отрезал Селах.

 – Нам понадобится набрать больше команды, и самых лучших. Тамошние туземцы – настоящие звери. Со всеми придётся делиться. Даже я никогда не брал больше десятой доли от всей добычи – остальное получает команда.

– В этот раз добыча обещает быть такой, что даже сотой доли хватит на целую жизнь, – возразил Тхенда, и театрально вздохнул. – Впрочем, я готов идти на уступки. Пусть это будет знаком моей доброжелательности. Десятая доля.