Радужная буря

Баночки с шоколадными бабочками звякнули, едва не упав на пол. – Не смей при мне упоминать этого проходимца! Будь моя воля, то давно бы сожгла заживо! Жаль, что Ашлил попросила меня сохранить ему жизнь…

Мои глаза опасно наполнились слезами при упоминании матери. Прошло уже пять лет, как её не стало. А отца бабушка прогнала практически сразу, считая его виновником во всех грехах, как смертных, так и звёздных.

Эмоции полностью захлестнули меня, и горькие слёзы покатились по щекам. Я ощутила, как по спине прошёлся холодок, и мои фиолетовые волосы окрасились в кармин.

Бабушка снова ударила по прилавку и банки с бабочками с отчаянным звоном рухнули на пол. И мига не прошло, как шоколадные крылья ожили и захлопали, разнося по лавке соблазнительные ароматы апельсина, южных дождей и грёз. Чудесный букет для любого мечтателя. Однако бабушка сдвинула брови, и бабочки вспыхнули. Шафрановый дым на мгновение скрыл меня от её вездесущего взгляда, но я не воспользовалась дарованным шансом для побега.

Всё равно поймает и будет ещё хуже.

К чему растягивать агонию ужаса?

Когда дымка начала рассеиваться, я заметила Фила, сидящего на нижней ступеньке позади прилавка. Он смотрел на меня одновременно с мольбой и укором, точно говоря: усмири гнев, пока буря не началась. Но он не знал, что шторм уже навис надо мной. Бабушка была в ярости и едва сдерживалась, чтобы не сжечь меня на месте, как бабочек.

– Ещё раз увижу это и обрею тебя налысо, – пророкотала она, а затем схватила меня за волосы и хорошенько встряхнула, прошипев: – Твой отец только жалкий Собиратель и не ведает ничего в тонком ремесле Звёздников.

Он всего лишь звёздная пыль на моём пороге.

К своему стыду я не решилась заступиться за честь отца. Хоть и могла напомнить «любимой бабуле», что тоже являюсь Собирателем по его линии, пусть и наполовину. Ни к чему было пробуждать в ней дьявола. Я для неё была истинным проклятием, в чьей крови сочетались две силы: Собирателя и Звёздника. Уму непостижимо, как она до сих пор не испепелила меня.

За моей спиной звякнул колокольчик, извещая нас о новом мечтателе. Бабушка стремительнее кометы оценила ситуацию, нацепила на лицо лучезарную улыбку и тихо рыкнула:

– Прочь с моих глаз.

Впрочем, это было лишнее. Я бы и так скрылась из поля её зрения. Дважды попадать под горячую руку – плохая, упади звезда, примета. Поэтому натянув капюшон и скукожившись в три погибели, я стремглав поднялась по лестнице и укрылась в своей комнате вместе с Филом.