Руатарон. Проклятие зеркал

– Почему? – спросила Лис.

– Да старый я уже, чтобы бояться чего-либо, да и мёртвый. Моя душа болит только за господина Делроя. До всего остального мне дела нет, – Араруко раскрыл перед ними массивные дубовые двери. – Прощу следовать за мной.

Несмотря на дружелюбие слуги, Лис не понравился дворец ордена. Снаружи его охраняли жуткие статуи, а внутри он целиком состоял из картин сражений и богов по локоть в крови.

Араруко вёл их по тёмным коридорам первого этажа, временами сворачивая, то направо, то налево.

Пройдя через мрачную гостиную к лестнице, их глазам открылась ещё одна галерея с четырьмя картинами. Вместо войн и лицемерных «героев», на них были изображены странные существа. Лис с трудом смогла промолчать, с отвращением подумав:

– Ну и мерзость.

– Четыре Всадника Апокалипсиса, – мысленно сказал ей Лафрай.

Девушка не вздрогнув, покосилась на него.

Завоеватель, – грозно назвал он первую тварь, больше напоминающую гиену с телом атлета, танцующую на горе костей. Следующая картина олицетворяла Войну, на которой посреди высоких костров находилось широко улыбающееся чудовище.

Оно имело 8 рук (по 4 с каждой стороны) и в каждой держало по гнилому яблоку. С одной стороны райский плод имел манящую красную кожуру, а с другой был склизким и червивым. Третья картина посвящалась Голоду и на ней, словно на ярмарке резвилось безликое существо, имеющее огромную дыру в животе. Оно веселилось и танцевало прямо на праздничном столе, стаптывая все прогнившие продукты в общую массу.

Девушка едва сумела справиться с приступом тошноты, как они подошли к последнему портрету. Лафрай произнёс название картины скрипучим и мерзким голосом – Смерть. И не ожидая ничего хорошего, Лис посмотрела на одинокую и старую женщину, облачённую в чёрную мантию. Её глаза были полны горя. И какая-то неведомая сила потянула девушку к картине. В один миг Смерть преобразилась, выскользнув за раму костлявыми руками с длинными когтями как у росомахи.

Лис вскрикнула, когда Делрой схватил её за плечи и с силой оттащил к перилам.

Женщина зашипела, выпучив глаза.

– Место! – повелительно закричал он.

Картина затряслась, передав гневный импульс остальным трём. Всадники Апокалипсиса дружно зашипели.

Делрой удостоил их рассерженным взглядом, а затем, небрежно махнув рукой, погрузил полотна в стену.

– Не доверяй картинам, – буркнул он, отпуская плечо Лис. – И не ходи по дворцу в одиночестве.

Девушка кивнула, всё ещё дрожа от страха.