Пломбир с шоколадной крошкой

Теперь, когда Холс удалось вселить в меня надежду на то, что я способна на большее, что ещё есть шанс ухватиться за хвост упорхнувшей из рук мечты, я не могла упустить возможность. Концерт состоится в восемь вечера. Успею ли я вернуться из Филадельфии к началу? Поезд едет около двух часов. Кастинг может затянуться. Черт, черт, черт!

– Кошечка! Эй, Кэт! – Кажется, это был Бэнкс, баскетболист. В повседневной одежде его не узнать – такой деловой и высоченный, хоть стремянку неси.

– Привет! – Махнула я. – Не знаешь, где Холли?

– Она там же, где все.

На презентации Аштона Холла.

– Аштона Холла?! – Я громко ахнула.

– И что вы все находите в этой белобрысой кукле… – закатил глаза Бэнкс. – Эй, ты что, даже не поешь? – Кричал он вдогонку.

– Я не голодна! – Почесала нос я, – до встречи!

В главном холле университета, потолок и стены которого были покрыты красивейшими витражами с преобладающим синим цветом, собралась огромная толпа, сквозь которую я еле протиснулась. Последние два дня занятия проходили в разных корпусах, и мне не удавалось посетить главного здания.

Оказывается, здесь уже было все подготовлено ко встрече с выдающимся выпускником и инвестором. Аштон Холл организовал фонд, в котором ежегодно разыгрывал пять стипендий на разные факультеты.

На большом зеленом плакате, прямо за сценой, висело изображение самого Холла и его отца. В холле было очень шумно: толпа гудела, техники настраивали микрофон. Я пыталась выискать Холли, и заметила кислотно-желтое пятно у сцены.

Мне отдавили пальцы на ногах и несколько раз ударили локтями, но я все же добралась до подруги.

– Холс? – Окликнула я.

– Кэтти! – Взмахнула руками та, и её новые, неоновые зеленые ногти ослепили ближайших зрителей.

– Ты что, фанатка Аштона Холла? – Усмехнулась я.

– Нет, милая, он для меня слишком белый. – Подмигнула Холли.

И в этот момент Аштон поднялся на сцену. Думаю, женской половине было плевать, что он там собрался презентовать, они хотели воочию узреть этого Аполлона.

Ему действительно подходило описание «слишком белый». Волосы Аштона были выкрашены в платиновый блонд, белая рубашка сияла чистотой, темно-синий костюм кричал о богатстве. Кожа его была идеального аристократичного оттенка. В общем, он и впрямь был Мистером Совершенством с набитыми карманами.

– Холли, мы действительно будем слушать презентацию? Потом ведь выложат пост с тезисами.

Аштон взял микрофон и пробежал по нам глазами, пухлые губы растянулись в улыбке.