В плену у судьбы

Зафиксирована временная потеря слуха. Дали нитро и ввели хлорид кальция, – доложил один из парамедиков.

– Везите его в восьмую и вызовите кардиохирурга и отоларинголога. Сделайте анализ крови на резус-фактор и капельницу с двумя пакетами крови в соответствии с результатом. Если свертываемость будет плохой, введите СЗП[1 - Свежезамороженная плазма.].

Приняв пострадавшего в свои руки, мы переложили его на стационарную койку. Проверив реакцию зрачков, осмотрели тяжесть повреждений, чтобы назначить быстрое обследование.

Неожиданно мою руку обожгло от холода. Опустив взгляд, поняла, что это пациент прикоснулся к ней своими ледяными пальцами. Лёгкий разряд пробежался от соприкосновения, но я не успела осознать ощущения, переключив своё внимание на произнесённые слова:

– Просто позволь мне умереть. Я не заслуживаю жить.

– Сэр, вы должно быть бредите. Сейчас вы в больнице Лоретто, я доктор Лоперти. Мы ни за что не позволим вам умереть. Всё будет хорошо!

– Ты не поняла… я не хочу… чтобы… вы… боролись за мою жизнь.

Я должен умереть, – каждое слово давалась пострадавшему с большим трудом.

– Что бы это ни значило…

Ответ потерял смысл, так как пациенту обратно надели кислородную маску, которую он снял. Для быстрого обследования в палату прибыли кардиохирург и ЛОР.

«Никто сегодня не умрёт…»

Долгие часы пролетали незаметно в борьбе за жизнь мужчины. Обследование показало большое количество открытых ран, и чудо, что ни один из осколков ни задел артерию или жизненно важные органы, в том числе и головной мозг.

Сердце и слух работали исправно, но от взрывной волны открылось внутричерепное кровотечение, помимо внешних кровоточащих ран. Когда борьба за жизнь пациента наконец подошла к концу, моя смена уже давно закончилась, но я предпочла остаться и лично отслеживать состояние незнакомого мужчины, у которого при себе не было ни документов, ни каких-то личных вещей, кроме небольшой пачки банкнот и сигарет.

«Что с ним произошло?

Почему он молил о смерти?»

– Ты сделала всё, что смогла, Мозг.

Иди, отдохни. Сегодня был тяжелый день.

– Я останусь, Руфус. Это не обсуждается.

– Я уже на самом деле задумываюсь сменить имя на Руфус, ты только представь! Ты здесь второй год, но так и не назвала моего имени правильно ни разу.

«Второй год… Не хотелось бы, но скоро придётся снова переезжать. Слишком рискованно. Нельзя нигде задерживаться.»

– Ты меня вообще слушаешь?

– Нет, Руфус. Иди.

– Так я и знал.