Лисья нора

Шакалам удалось оттеснить их за линию первой четверти, и Нил вдруг осознал, что стратегия «навались-всем-скопом-на-вратаря» его просто выбешивает. Смотреть — тем более издали, — как Шакалы толпой бомбят ворота Миньярда, было невыносимо, однако Нил не мог вмешаться, пока оставался шанс, что Лисы перехватят мяч и пойдут в контратаку, так что ему оставалось лишь глядеть, как брекенриджцы раскатывают Эндрю. На четвертом ударе атака соперников увенчалась успехом.

— Вы никогда у нас не выиграете, — бросила Нилу защитница «Шакалов».

— Слабачье.

— Лучше быть Лисами, чем Шакалами, которым для победы приходится ломать кости соперников, — спокойно ответил он. — Вы просто тупоголовые уроды.

Она шагнула к нему вплотную.

— А ну повтори.

Наезд не вызвал у Нила никаких эмоций. Равнодушно поглядев на девушку, он ткнул ее пальцем в плечо.

— Валила бы ты, а? Одна карточка у тебя уже есть. Еще раз полезешь в драку — просидишь остаток игры на скамейке.

— Леверетт! — рявкнул ей полузащитник. — Отойди от него!

Презрительно скривив губы, защитница демонстративно отступила на два шага, потом развернулась и побежала к своей исходной позиции.

Как только все встали по местам, Шакалы ввели мяч в игру. Вскоре Леверетт снова преградила путь Нилу и, толкнув плечом, вынудила отступить к центральной линии. На другом фланге Кевину удалось завладеть мячом, однако мгновение спустя Горилла опять грубо вышиб у него клюшку. То ли Горилла действительно всякий раз бил так сильно, то ли Кевин просто разжимал руки, прежде чем ударная волна пронзит их до самых локтей, сказать было трудно, и что в этом случае хуже, Нил не знал. С одной стороны, он вовсе не хотел, чтобы Кевин опять получил травму, но с другой — нельзя, чтобы его психологические проблемы влияли на игру."

"Мэтт увел мяч у нападающего Брекенриджа и передал пас Аарону. Тому ничего не оставалось, кроме как отдать мяч Эндрю и таким образом выиграть несколько секунд, чтобы оторваться от Шакала-преследователя. Отбитый вратарем мяч ударился в стенку и вернулся прямо под ноги Аарону, который поймал его и сделал мощнейшую передачу в центр поля.

— Нил!

Сообразив, что пас предназначается ему, Нил побежал вперед, следуя траектории броска. Леверетт с размаха ударила его по клюшке, стараясь сорвать подбор, и Нил скрипнул зубами от резкой боли, обжегшей запястья. Вывернув клюшку, он, в свою очередь, попытался обезоружить противницу, и это стоило ему драгоценной секунды. Нил все-таки поймал мяч, но при этом едва не вывихнул руку.