Лисья нора

А, тебе еще не сказали? Вечером ты едешь с нами.

— Ни за что.

— Тише, Нил, тише. Если ты остаешься с нами, встречаемся в девять. А если ты настолько туп, что хочешь смыться, — собирай вещи и вали. У тебя в запасе три часа. Решай. И оцени мое великодушие.

— Слишком мало времени.

— Думаю, тебе не привыкать к быстрым решениям, когда речь идет о твоей шкуре. На поле ты доверился Кевину; так доверься мне в том, что касается твоей защиты.

Эндрю достал из кармана пузырек с лекарством и вытряхнул одну таблетку на поверхность комода.

Потом закрутил крышку, швырнул пузырек в угол и взял таблетку окровавленными пальцами. Поднеся к глазам, он покрутил ее так и эдак, словно впервые видел, и наконец закинул в рот. Сглотнув, Эндрю уронил руку и хищно осклабился, глядя на Нила.

— Тик-так, часики идут. Выметайся.

Нил вылетел в коридор, но едва он захлопнул за собой дверь, как ноги сделались ватными; он судорожно ухватился за стену. Острый приступ страха скрутил внутренности. Нил закусил ребро ладони с такой силой, что ощутил во рту привкус крови.

Серьезно, он должен поверить, что какой-то отбитый на голову вратарь защитит его от мафии?

Мысли Нила невольно вернулись к стычке с Рико в коридоре студии. Появление Эндрю спасло его. Было бы логично, если бы тот бросился защищать Кевина, ведь именно Кевин — центр его странного мира, но нет, Эндрю заслонил собой Нила. Ему точно известно, кто такие Морияма, он кое-что знает о прошлом Нила и тем не менее спокойно встал между ним и Рико.

Нил отошел от стены и побрел к лестнице.

Последние несколько пролетов он преодолел уже бегом и яростно хлопнул дверью, так что она загудела. Впрочем, бешеный стук сердца, грохотом отдававшийся в ушах, все равно был громче.

Что, если ему и вправду остаться? Что, если этот малолетний псих на самом деле сможет ему помочь? Что, если Эндрю прав и позорная слава «Лисов» послужит Нилу защитой?

Он понимал, что верить таким зыбким обещаниям крайне опасно, и все же эти слова не выходили у него из головы.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Когда в девять вечера Нил вернулся в «Лисью башню», там царило непривычное оживление. Его уход примерно совпал со временем окончания футбольного матча, и теперь, отметив праздник, студенты группами стекались обратно в общежитие. В коридорах стоял шум и гам, из распахнутых дверей неслась громкая музыка. Нил не без труда пробрался сквозь толпу в ту часть коридора, где располагались комнаты Лисов. На всем этаже закрыты были только эти три двери.