Лисья нора

Эндрю либо не замечал неудобств, которые доставлял кузену, либо плевать на это хотел; он сверлил глазами Кевина. Того, казалось, сейчас стошнит, и все же известие не вызвало в нем паники. Эндрю легко разгадал причину такого самообладания.

— Ты знал, — произнес он. — И давно? День, два? Три-четыре-пять?

— Тренер сказал мне сразу, как утвердили заявку. В мае.

— В мае. Дэй узнал в мае. В мае. Дэй. Прямо «мэйдэй» [1] получается. Прикольно, да? Ну и когда ты собирался сообщить об этом мне?

— Я велел ему молчать, — вмешался Ваймак.

— То есть между тренером и мной ты выбрал тренера? — Эндрю расхохотался. — Твою ж мать! Значит, что угодно, лишь бы оказаться в любимчиках? Обман, предательство — черт, как же знакомо! И это после всего, что я для тебя сделал…

— Эндрю, угомонись, — приструнила его Эбби.

— Помоги мне, — одними губами прошептал Кевин.

Цокая языком, Миньярд по-птичьи склонил голову набок.

— Помочь тебе? Помочь тому, кто целый месяц врал мне в лицо? Как?

— Я хочу остаться, — выдавил Кевин.

— Да это же ты перед ним прогибаешься, — фыркнул Эндрю. — Забыл, что ли?

— Пожалуйста.

— Знаешь ведь, как я ненавижу это слово.

Опустив голову, Кевин разглядывал собственные руки, сцепленные в замок на коленях, — точнее, не отрывал глаз от шрама, пересекавшего тыльную сторону ладони. До сих пор Нил видел этот шрам лишь мельком — не хотел, чтобы Дэй заметил, как он пялится. Безобразный рубец тянулся между тонкими костями кисти. В любом случае, удар, который Рико нанес Кевину, был грязным.

— Посмотри на меня, — приказал он.

Кевин поднял на Миньярда затравленный взгляд. Пускай Эндрю и был под таблетками, Нил все равно не понимал, как он может ухмыляться, видя перед собой эти расширенные от ужаса глаза. Он через всю комнату ощущал отчаяние, владевшее Кевином, и это чувство было настолько ему знакомо, что его самого едва не выворачивало наизнанку.

— Все будет хорошо, — сказал Эндрю.

В конце концов Кевин заметно расслабился. Тень безысходности в его глазах растаяла; он словно бы впитывал всю ту силу, которую предлагал ему Эндрю. Неколебимая уверенность Дэя в Миньярде поражала. Как один отбитый на голову мальчик-с-пальчик может защитить его от безжалостного клана Морияма? По идее, увиденное должно было впечатлить Нила, однако он испытывал лишь горечь. Сглотнув неприятный комок, Нил отвернулся.