Последний рассвет

"

"Геннадий быстро обвел глазами помещение. В углу стоял инструментальный ящик, в котором нашлось все необходимое, и минут через десять один наручник с обрывком распиленной цепи скользнул вниз по балке, а второй остался на руке мужчины, который сделал неуверенную попытку подняться, но не смог и снова рухнул на пол. Геннадий подхватил его массивное обмякшее тело и выволок из бокса. Рядом валялся пустой деревянный ящик, на который оперативник и усадил освобожденного. Тот судорожно сделал несколько глубоких вдохов.

– Спасибо, – тихо выдавил он.

– Это кто ж тебя так, папаша? – участливо спросил Колосенцев.

– Понятия не имею, – едва слышно ответил мужчина.

– А за что? Тоже понятия не имеешь?

– Догадываюсь, – по голосу Колосенцеву показалось, что тот пытается усмехнуться.

– Уже хорошо, – одобрил он. – И давно ты тут паришься?

– Я… Какой сегодня день?

– Воскресенье с утра было. Вроде пока не кончилось.

– Я помню четверг… – прошелестел слабеющий на глазах мужчина. – Четверг… Больше ничего не помню…

– Э, э, папаша!.

. – забеспокоился Колосенцев, когда мужчину качнуло так, что он едва не свалился на землю. – Держи себя в руках. Дыши ровно.

Вообще-то по уму надо было бы немедленно звонить и вызывать наряд, а заодно и «скорую». Но это ж мороки на несколько часов: пока приедут, пока вникнут, пока вызовут дежурную следственно-оперативную группу, следователь начнет вопросы задавать. Мол, что да как, чем взламывал дверь, чем пилил наручники, что сказал потерпевший, в каком месте он сидел, в какой позе? Головняк жуткий! А куда деваться? Похищение человека, незаконное лишение свободы, тут без возбуждения уголовного дела никак.

Если же вызвать группу со своего телефона и свалить по-тихому, то еще хуже выйдет: начнут искать, найдут, начальство за мошонку подвесит… А там, совсем рядом, в восемьдесят седьмом гараже, его ждет человек, который готов продать ему античитерскую программу. Это ведь куда важнее! Потому что если умелец-программист по имени Колька не дождется Колосенцева, закончит возиться с машиной и уйдет домой, то где же его потом искать? Ни его телефона, ни телефона Михаила у Геннадия не было. Значит, ждать полтора месяца, пока Колька вернется из своего путешествия, а потом отлавливать его возле гаража. Та еще перспективка!

Нетерпение сжигало Колосенцева-геймера, и Колосенцев-опер послушно отступил. Ну, не так чтобы совсем уж отступил, просто сделал шаг в сторону. Маленький такой шажочек. Практически и незаметный вовсе.