Последний рассвет

Знает, что вы будете сердиться, – тихонько проговорила она, улыбаясь. – И по-моему, мгновенно уснула. Здравствуйте, Роман. Давно вы у нас не были.

– Два года, – развел руками Дзюба. – Не приглашали.

– Вас покормить? Я приготовила, все стоит горячее…

– Спасибо, Эля, мы сами. Вы идите, вас там Александр Андреевич уже ждет.

Няня смутилась и отвела глаза. Быстро оделась, схватила сумку, открыла дверь.

– Завтра, как обычно, в семь? – спросила она на прощание.

– Да, – усмехнулся Антон. – Если опять не опоздаете.

Они на цыпочках прошли в кухню и притворили дверь, чтобы голосами не разбудить детей.

– Я сейчас умру, – простонал он. – Этот запах я не перепутаю ни с чем. Такое жаркое с черносливом готовит только моя мама.

Он не ошибся, в чугунной утятнице в духовке томилось именно это блюдо, которое было уничтожено двумя зверски голодными сыщиками в считаные минуты и заполировано миской квашеной капусты.

Роман достал диктофон, Антон – блокнот. Наглядный урок начался.

"Однако вопреки ожиданиям Дзюбы никаких невероятных откровений из беседы с Фроловым не получилось. Оно и понятно, Денис не был ни подозреваемым, ни обвиняемым, он не пытался ничего скрыть или о чем-то солгать, он просто рассказывал то, что видел или знал.

– Но вот на что обрати внимание, – говорил Антон. – Существуют внешние проявления сосредоточенности или, наоборот, рассеянности внимания. В любом разговоре, если у человека нет цели солгать или не подставиться, наступают моменты, когда ему делается откровенно скучно, внимание рассеивается, человек отвлекается и начинает думать о своем.

– И как ты это объясняешь? Почему ему были интересны все мои вопросы? – с любопытством спросил Дзюба.

– Ты не понял, Рома, – рассмеялся Антон и сунул в рот несколько маленьких фигурных соленых крекеров. – Ему не вопросы твои были интересны, а их логика, их последовательность, их связанность друг с другом или, наоборот, резкие переходы от одного аспекта к другому.

– Почему?

– Ну, он же сам сказал, что хочет писать детективы, вот и учится, наблюдает, как опера опрос проводят, ему для будущей нетленки пригодится.

Дзюба озадаченно почесал затылок.

– То есть получается, что мы его опрашивали, а он изучал методы нашей работы?

– Вот именно. Поэтому и был внимателен и сосредоточен, не отвлекался.