Золото для Дракона

– Выбир-р-рай выр – р-ражения, с-с-с-старый маразматик, – холодно звенит голос… Не Ассандра, нет! Его старшего родственника.

Я трусливо прячусь за спину папаши, ощущая, как жуткая яростная аура давит на голову, заставляя пригибаться. Очень хочется лечь на пол и просто умереть.

Папаша, что характерно, морщится, но стоит совершенно ровно.

Бабка без сил опадает в кресло, не заботясь о разрешении Императора.

Впрочем, ему сейчас явно наплевать на ее неподобающее поведение и слабые нервы.

Он отходит в сторону, к массивному письменному столу, опирается о него и с удовольствием наблюдает за ссорой двух представителей самых сильных кланов драконов.

А они, уставясь друг на друга и скинув маски напускной холодности, кружат по периметру комнаты, словно хищники, сражаясь бешеными взглядами.

– Реш-ш-шай вопрос-с-с со с-с-своим щенком, кус-с-сок черного дерьма, – нисколько не понижает уровень звука светловолосый дракон, отрывисто хлеща магией по противнику, словно невидимым крылом.

Ассандр торопливо проводит рукой, и на нас четверых, единственных людей в этой комнате, падает полог.

Фух! Сразу дышать становится легче, давление драконьей ауры падает, я вижу, как Император, пошарив по столу, достает бутыль темного вина.

– Позвольте, Ваше Величество, – тут встает из кресла бабка, и, не обращая внимания на перешедших уже к откровенным угрозам драконьих патриархов, хозяйничает на столе Императора, доставая бокалы, разливая вино, выставляя в пределы доступности тарелку с фруктами, до того обретавшуюся на широком подоконнике.

Император наблюдает за ней с не меньшим интересом, чем за перебранкой драконов.

Они, кстати, похоже, успели перейти к оскорблениям, которые смываются только кровью, и теперь смотрят друг на друга, словно испепелить хотят. Замечаю, что пока наблюдала за хозяйничавшей бабкой, обстановка в кабинете подверглась серьезному испытанию, кое-где поплавились золотые и платиновые предметы и обуглились деревянные.

Лишь под нашим пологом все остается неизменным.

– Эм… Ваше Величество, – вмешивается папаша, благоразумно отпив из предложенного бокала, – мне кажется, надо их как-то… успокоить?

– Интересное предложение, барон, – кивает Анджеер, – но я не думаю, что это требуется. В конце концов, они должны выяснить отношения. Хоть раз в пятьсот лет. И, кстати, баронесса… Вы умеете удивлять.

Папаша переводит взгляд с Императора на бабку, непонимающе хмурится. Ну да, он иногда бывает на редкость… Тяжелым.