После развода. Я смогу (наверное) (СИ)

Мы выходим во двор, ребята там уже вовсю занимаются мангалом, мы же отправляемся нарезать овощи для салата и накрывать большой стол на террасе.

Шашлыки, разговоры, песни у костра — мы отлично проводим время.

С деньгами у меня напряг, а потому я дарю Арсену сделанный мною вручную браслет, сплетенный из полосок кожи. Я очень старалась, когда делала его, и, по-моему, получилось неплохо.

Витя же дарит ему большую пивную кружку со смешной надписью.

После того, как веселье доходит до самого пика, Арсен берет меня за руку и незаметно для всех уводит в темноту.

Мы идем, держа друг друга за руки, разговариваем и периодически целуемся. Когда возвращаемся, все уже разошлись. Поднимаемся на второй этаж и останавливаемся в холле.

— Я буду очень скучать, — шепчу я.

Я ведь не увижу его целый месяц!

— И я, — тоже шепчет он, притягивая меня к себе.

Его губы встречаются с моими. Мне безумно хочется передать ему мои эмоции в этом поцелуе, поэтому я вкладываю в него все те чувства, что сейчас разрывают меня изнутри.

Его дыхание сбивается. Я обнимаю его за шею, запуская руку в волосы.

В этот момент мы внезапно слышим чьи-то шаги внизу — кто-то поднимается по лестнице.

Я расстроенно отстраняюсь. Нам так и не удалось закончить поцелуй.

— Я, наверное, пойду… — неуверенно шепчу я.

Арсен открывает дверь и, обхватив меня за талию, делает несколько шагов вместе со мной. Мы оказываемся в его комнате.

— Я пока не готов с тобой прощаться.

Ох, я тоже не готова! Он сейчас так надолго уедет… и я не увижу его целый месяц! Как я выдержу, ведь я и дня без него не могу!"

"Я вновь пылко прижимаюсь к его губам. А он вдруг обхватывает мой затылок одной рукой, а второй прижимает крепко к себе. Его влажный горячий язык проникает в мой рот, вызывая в моем теле дрожь.

Его напор такой уверенный и даже слегка агрессивный, что должен бы напугать меня, но мне это почему-то нравится.

Я наслаждаюсь его близостью, вдыхаю его родной и такой притягательный запах, ощущаю пальчиками его жесткие волосы на затылке.

Мне хочется, чтобы он целовал меня еще и еще, обнимал, прикасался, гладил…

— Лера, — он внезапно отстраняется, а его голос звучит хрипло сдавленно, — если ты хочешь уйти, то сейчас самое время.

Что? Я не хочу уходить!

Я смотрю на его прекрасное лицо, освещенное в темноте лишь лунным светом, проникающим сквозь открытое окно. Глаза горят, челюсти сжаты.