Его третья жертва

– Кофе и газета. Строители будут в десять. Надеюсь, ты разобрался в том, чего хочешь. Если ты намерен закончить подготовку и запустить этот проект к следующей весне, тебе нужно им заняться.

Ах да, строители. Его проект. Его планы по обновлению Бриндл-Холл и самого себя. Он хотел превратить разрушающееся поместье георгианской эпохи в преуспевающий бизнес. Джозиа Бриндл, его предприимчивый предок, им бы гордился. Ему нужно было взять себя в руки.

Его матери, Эвелин Бриндл, было под шестьдесят.

Она была стройной и бодрой женщиной с карими глазами и темными волосами. Цвета воронова крыла, как говорил ее муж. Она передала эти черты обоим своим детям.

– Фредди – знаток своего дела, мам. Он занимался такими вещами раньше. Он меня не подведет.

Фредди Редман был его друг, владевший своей строительной фирмой. Несколько месяцев назад, одной пьяной ночью в местном баре, они состряпали вместе план по преобразованию Бриндл Холл. Несмотря на сомнительные обстоятельства рождения этой идеи, она имела смысл, и Мэтт хотел довести ее до конца.

Его мать покачала головой.

– Лично я считаю, это слишком масштабно и слишком рано. Тебе нужно отдохнуть, ты не забыл?

– Мне нужно зарабатывать на жизнь, а поместье отчаянно нуждается в деньгах. Мы тут сидим на золотой жиле. Этот дом – да и вообще все поместье Бриндл – созрел для перемен.

Это была больная тема. Эвелин не хотела, чтобы он возвращался в уголовный розыск, но и не хотела, чтобы он что-то менял в поместье.

По ее убеждению, все было хорошо и так. Но Мэтт очень хорошо знал, что это неправда. Семья находилась на волоске от банкротства.

– Дело не в доме, Мэттью. Я не хочу, чтобы по всему поместью топтались люди.

Все тот же аргумент. Но его мать была неглупа. Она должна понимать, что им нужно что-то делать. На протяжении многих лет поместье Бриндл приходило в упадок. Его зарплаты инспектора катастрофически не хватало на содержание большого старого особняка и примыкающей территории.

Семейный кошелек десятилетиями пустел. Мэтт решил продать часть земли под застройку. Он не обсуждал это с матерью, потому что понимал, каков будет ее ответ. Но таким образом, за исключением присутствия посетителей, все могло остаться как раньше. Банк был готов его поддержать, так что причин откладывать не было.

Он вздохнул.

– Мы же договорились, мам. Мы откроем часть дома, только основные комнаты, не наши личные.