Четвертое правило дворянина

Может пойдем к своим барышням балет досмотрим? Мне там, в конце второго акта мелодия одна нравится — хочу послушать.

— А Верховцев? — спросил Морозов, глядя на Болотова поверх бокала.

— Я же сказал — думать надо. Так что, поразмыслим, Арсентий. Хватит жрать, вон какое пузо уже отъел. Пошли балет смотреть!

Глава 18

Великое Московское княжество.

Москва.

Спортивный комплекс «Спарта»

Теряев Тит Федорович сидел на мягком спортивном мате и наслаждался тишиной, которая его окружала.

Он взял за правило приходить в зал за тридцать минут до начала тренировки и проводить это время в одиночестве. Это помогало ему должным образом настроиться на занятие.

Вот уже третий год, каждый день, за исключением субботы и воскресенья, он приходил сюда, чтобы провести два часа в компании индивидуального тренера, который обучал его айкидо.

Обычно тренировки проходили поздним вечером, но все зависело от его текущего распорядка дня. Он достаточно платил своему тренеру, чтобы тот подстраивал под него свои планы.

Хотя иногда возникали форс-мажоры, когда по каким-то причинам обстоятельства складывались так, что тренер не мог совместить свой график с планами Теряева, но происходило это крайне редко.

Тит Федорович привык, что все в этой жизни складывается так, как ему того хотелось. Если он готов за это платить, значит мир должен вертеться вокруг него. Пусть он не владеет каким-нибудь приличным Даром, а вынужден довольствоваться тем, что он обычный защитник, но зато род Теряевых по праву считается одним из богатейших в Российской империи.

Обладание редким Даром и приличное состояние это, конечно, вещи совершенно разного порядка, но хоть что-то. Куда хуже, когда нет ни одного, ни другого.

За всю его жизнь был всего один случай, когда деньги ничем не могли ему помочь — привлечь внимание этой рыжей сучки Василисы Соловьевой, которая шарахалась от него, как от прокаженного. Он истратил на нее уже столько сил и нервов, что добиться ее было делом принципа.

Мысль о том, что она даже не смотрит в его сторону, каждый раз выводила из себя и даже сейчас он невольно сжал зубы. Он не мог понять, почему эта дура выбрала, например, этого остолопа Соколова, а не его? Чем он хуже? Кстати, последний бесил его особо сильно. Настолько, что все свободное время его мысли так или иначе возвращались к этому малолетнему выскочке.