Четвертое правило дворянина

С непривычки немного пошатывает при ходьбе, но вместе с тем радостной улыбкой из груди рвется переполняющее меня чувство удовлетворенности от хорошо проделанной работы.

Я вытащил телефон, сфокусировал зрение на экране и набрал Мишку. Предчувствуя, что нужно было быть поближе к телефону, ответил он практически мгновенно.

— Говори! — голос у него был встревоженным и нервным.

— Да не кричи ты так, — с улыбкой сказал я, пытаясь донести до него, что все в полном порядке. — Вертолет готов?

— Давно уже. Стоит на площадке, тебя дожидается.

— Отлично, тогда подхвати меня через минут сорок возле «Стерляди». И закажи им чего-нибудь на вынос, чтобы в машине перекусить, а то жрать хочется, аж кишки сводит.

— Договорились, — сказал Владыкин и отключился.

Все просто прекрасно. Именно так, как и должно быть. Теперь мне осталось только заехать за своей сумкой к Таганцевой и можно вылетать.

Глава 7

Великое княжество Московское.

Москва.

Главное управление тайной канцелярии.

Давненько уже Яков Дмитриевич не приезжал в контору за час до начала рабочего дня.

Последний раз, наверное, год назад, а может быть и того больше, да и то, только потому, что куда-то задевал свою записную книжку, в которую он по старинке записывал важную информацию. Тогда его ранний приезд закончился радостным облегчением — книжка нашлась, а вот как выйдет сегодня, пока большой вопрос.

О том, что случилось вчера с руководством компании Соколова, ему сообщили уже под вечер, хотя вся эта история произошла еще днем. Такая уж процедура, что все слишком долго поворачиваются.

Понятное дело, что обычно подобными вещами занимаются жандармы, поэтому все происходило по накатанной цепочке."

"Пока об этом узнали в тайной канцелярии, пока выяснили кто такие эти Давыдов и Ермолов, пока установили, что компания, в которой работают два этих уважаемых господина по факту принадлежит Владимиру Михайловичу...

В общем, с того момента, как было совершено нападение, до момента, когда об этом узнал Ворон, прошло много времени. Именно поэтому герцоги Салтыков, Болотов и Морозов оказались перед его глазами лишь сегодня утром, а не вчера днем.

Можно было бы пригласить их и вечером, после того, как он об этом узнал, но разговаривать на ночь он сам не захотел. Утро вечера мудренее — спешить все равно уже некуда, а за ночь может быть еще какие-то интересные подробности выплывут.

Он в очередной раз окинул грозным взглядом напряженных герцогов, которые сидели напротив него и сдержался, чтобы не улыбнуться.