Неудержимый. Книга IV

Я вспомнил про вампиров. А ведь, по сути, он им и являлся. Безумная скорость, жажда крови, разве, что клыков нет, вместо них ряды острых зубов. Но и их сейчас я не наблюдал.

Взглянув на руку, я увидел, что она отсечена по локоть. Вот значит, как он сумел выжить. Просто отрубил гниющую плоть. Умно, тупая тварь до такого бы не додумалась, но это мы сейчас исправим. Я уже наполовину вытащил боевой нож, напитанный «гниением»…

— Ты силён, — прошептал он, слегка приоткрыв один глаз, — Пожалуй, ты единственный, кто смог одолеть меня, за тысячу лет…

— Ещё не одолел, — сказал я, достав и продемонстрировав нож, — Как ты узнал, что это я?

Не думал, что он сможет меня опознать.

Я ведь был в образе его слуги и прикрыт плащом. Я думаю, он пропустил меня, потому что уже знал, кто я такой. Иначе бы этого разговора не состоялось и Петров вступил в бой. Тысяча лет? Какая живучая тварь. Удивляться смысла не было, кто его знает, что в этих пробоях водилось. Одну хитрожопую расу я уже выявил, теперь вот вторая появилась.

— Запах твоей энергии, как, по-твоему, я понял, что ты прикончил моего слугу? — он закашлялся, — Тупой идиот, туда ему и дорога, не смог справиться с простым заданием."

"Запах? Выходит, он как хищник может различать запахи людей? Тогда тут без вариантов. Как только узнаю, как помочь Насте, сразу его прикончу. Оставлять за спиной такого опасного противника нельзя.

— Что ты сделал с Настей? — я немного повысил голос.

— Так ты пришёл за ней? — Крюгер удивился, — Не думал, что она так важна для тебя.

Она надела кольцо, ты сам знаешь, что это значит, — он ухмыльнулся.

— Мне плевать, что это значит, — злобно процедил я, подскочив к кровати, — Что ты с ней сделал? Говори или я превращу тебя в кусок гниющей тысячелетней плоти.

— Спокойно, Дмитрий. Спокойно, — он поднял обрубок руки, показывая, что не собирается сопротивляться, — Я тебе не враг.

Вот так новости, я удивился. А кто же хотел меня прикончить не так давно? Святой дух, что ли? Если бы не мои метательные ножи, валялся бы я там сейчас в луже своей собственной крови и ещё чего похуже.

— Анастасия не захотела мне подчиниться, — он продолжил, — Она боролась до конца, но силы, как ты понимаешь, изначально были не равны. И всё равно, она выбрала смерть. Я распорядился по-своему, укусил её, а ведь мог бы убить.

— Поэтому она умирает? — я нахмурился.

— Умирает? Нет, — он попытался рассмеяться, но в итоге закашлялся, — Она становится сильнее. Она становится Эмпайером, таким же как я.