Сахар на дне

Не хочу чувствовать ладони, протестующе упёршиеся мне в грудь.

Отрываюсь и смотрю в глаза. Если сейчас не увижу в них отказ, то уже не остановлюсь, не смогу. А она дышит шумно, надсадно, в чём-то даже истерично. В глазах целый калейдоскоп эмоций. Всё по грани. Всё безумно. И это нихуя не отказ.

Снова припадаю к её губам, и на этот раз маленькие ладони больше не пытаются выставить преграду. Девушка выдыхает и расслабляется в моих руках, а меня пробирает дрожью предвкушения.

Она вкусная. Сладкая после сна, податливая.

Мне хочется застонать вслух, когда я втягиваю ртом её кожу на шее. Останется след. Ну и пусть. МОЯ.

Пальцы путаются в растрёпанной косе, я сжимаю их слегка, откидываю назад её голову. Провожу языком по месту, где пульс сходит с ума. У меня такой же.

— Лёша… — её шёпот похож на шелест, дыхание ей не подвластно, а меня этот полустон будоражит ещё больше. Надо валить из кухни, пока я не разложил её прямо на столешнице. Не с этого следует начинать, не так.

Подхватываю Янку под задницу и несу к кровати, но ставлю на ноги.

Надо притормозить. Я слишком долго её хотел, чтобы вот так вот всё. В этой части студии полумрак, но я вижу, как цветёт румянец на её щеках. Моя сводная нежеланная сестра. Моя боль и моя сладость. Кто же придумал всё это? Кто решил написать нашу историю? И что же будет в финале…

Опускаюсь перед ней на корточки, смотрю снизу вверх и берусь за резинку моих собственных штанов на ней. Она не шевелится, только сглатывает. Запомни этот момент, малышка, ведь ты победила.

Я запрещал тебе даже говорить со мной, а ты поставила меня на колени.

Свободные спортивные брюки плавно соскальзывают по стройным ногам, заставляя теперь уже меня шумно сглотнуть. Яна приподнимает ногу, потом вторую, помогая мне высвободить её из одежды. Я не касаюсь её кожи, только глазами. Хочу увидеть всю целиком сначала. Поэтому цепляю нижний край футболки и тащу вверх, открывая вид на красивый кружевной чёрный лифчик, который прячет нечто, без чего я сейчас просто свихнусь, если не увижу и не почувствую в ладони.

Распускаю косу, разбрасывая спутанные кудри по плечам. Светлые волосы и чёрное бельё дают потрясающий контраст. Как же она сексуальна, как притягательна.

В квартире так тихо, что стук сердца кажется оглушительным. Когда щёлкает застёжка её бюстгальтера, Яна вдруг испуганно моргает, и мне кажется, что вот сейчас она скажет мне остановиться. И чёрт знает, смогу ли я.

Грудь у Фоминой округлая и налитая, плотная, упругая.