Одинокий отец познакомится

 — Это эволюция механики и некромантии! Вот выучусь и создам себе разумное кресло!

— Но у него костяные составляющие! — Не успокаивалась София. — А значит, это костяная химера!

— А что он умеет? — Лорен решила прервать спор в котором ничего не понимала.

Старшие дети моментально смутились.

— А они не знают! — весело сообщила Вероника. — Они всю ночь его делали и не успели испытать.

— А как его имя?

София и Винсент опять переглянулись и синхронно пожали плечами.

Существо замерло и повернуло в сторону Лорен безобразную голову.

— Я придумаю ему имя. Потом. Когда мы лучше познакомимся.

Лорен обдало волной благодарности. Странные ощущения. Не мысли, не слова, просто эмоции, но такие яркие.

— Это защитник, между прочим, — Винсент сел за стол. — От всяких ворон общипанных…

Лорен не сразу поняла о ком он говорит, а когда поняла, прыснула.

— Он не общипанный, а очень милый и симпатичный.

— Вот папа узнает и крылья ему обломает, — буркнул парень.

Лорен посадила подарок на плечо и потрепала надутого Винсента по голове.

— Может, партию в шахматы? А потом пообедаем?

— И погуляем в парке? — Вероника подтащила ей стул.

— Обязательно!

Интересно, откуда они узнали про Ворона?

Глава 15.Среди воронов и стервятников

— Это, что за кошмар?

Раздалось шипение, грохот, тихое ругательство и в комнате загорелся тусклый свет.

— Брысь!

Лорен приоткрыла глаза и сонно спросила:

— Как вы его назвали?

— Кошмар.

— Ага, так и буду звать. Ой, дон Марк что вы делаете?

— Целую тебя.

— Он же смотрит!

— О, боги! Мне теперь спрашивать у дохлой железяки разрешение поцеловать девушку?

— От вас пахнет кровью, серой и женскими духами.

— Да? Ладно, поцелуй меня и я пойду в душ.

— Это неприлично, врываться к девушке посреди ночи и требовать поцелуи!

— Не помню статьи в контракте запрещающей это делать. Зато помню, что девушка должна быть покладистой и милой.

Лорен хихикнула, закрыла глаза и покорно подставила губы. Марк склонился над ней, вдохнул знакомый аромат и прежде чем накрыть ее губы своими, шепнул:

— Клубника, обожаю клубнику.

В душе пришлось задержаться.