Предатель. Ты променял меня на бывшую

Да, я дорожил семьей и браком. Да, я боялся потерять Милу. Но продолжать скрывать все то, что со мной происходит, от жены я тоже не мог. Особенно после поцелуя.

Он вообще все усложнил. Это уже не были просто мысли или переписка в мессенджере. Хотя и уже только за это меня грызла совесть.

Поцелуй — это уже переход на другой уровень. Продолжать скрывать все это дальше нельзя. Я бы просто перестал себя уважать.

К тому же Селена вдруг резко передумала уезжать, заявив о том, что один раз она уже уехала, и это было огромной ошибкой.

Помня о том, как все было в прошлый раз, я понимал, что ничем хорошим все это не кончится.

Не думать о Селене я не мог, а думать о ней, находясь рядом с Милой — не правильно, подло, мерзко.

Я считал, что скрывая правду, я предаю ее доверие.

Вот и что в этой ситуации делать?

А потому я и пришел к решению, что я все ей расскажу.

Вот только я причинил ей огромную боль этим своим признанием, а ранить женщину, которую люблю, было последним, что я хотел в этой жизни.

В итоге, сейчас я имею то, что имею: сижу в машине и смотрю, как моя жена ужинает с другим мужчиной.

Зачем я тут сижу? Хочу понять, на самом ли деле ей нравится этот тип.

Внимательно наблюдаю за ее мимикой, движениями, взглядом. Она выглядит скованной. Хотел бы я расценивать это как то, что танцор ее не привлекает, но, к сожалению, не могу. Она и на свиданиях со мной стеснялась.

Вот она дотрагивается до своих волос, и я тут же воскрешаю в памяти их мягкую гладкость, вспоминаю, как эти шелковые пряди скользили между пальцами, ощущаю их запах.

Однако, тот факт, что она поправляет волосы и накручивает прядь на палец, мне совсем не нравится.

Это сексуальный жест, Мила. Улыбки эти еще. Что это? Флирт?

Она флиртует с этим пижоном? Может, он ей и правда нравится?

Внутри все крутит, а черная ревность разливается словно яд по венам. Если меня так торкает тот факт, что она флиртует с другим, каково ей было услышать, что я люблю другую?..

Зажмуриваюсь, пытаясь представить себе ее чувства.

Моя бедная девочка. Ты такая нежная, хрупкая, ранимая, но при этом очень сильная.

Я и не думал, что ты такая сильная. Но это хорошо, хорошо, что я тебя не сломал. Ненавижу себя за то, что причинил тебе эту боль.

Скольжу взглядом по точеной линии шеи, четким ключицам, хрупким плечам.

Плохо мне без тебя, Мил.