Хочу вернуть жену

«Привет, я беременна, теперь нам нужно решить, что делать дальше»?

«У нас будет ребенок, так что теперь я готова к тебе поехать»?

Или что-то вроде - «Я ношу твоего ребенка, но это ничего не значит, справлюсь сама»?

Решив, что так или иначе будет ясно, как преподнести эту новость Игорю, когда он мне ответит, я принялась набирать и набирать его номер. И с каждым гудком, с каждой секундой, убеждающей меня, что Свердлов, кажется, совершенно не собирался брать трубку, моя растерянность, помноженная на страх, становилась все острее.

- Есь! Мы звонили, ты не открыла, пришлось воспользоваться ключами, - раздался из прихожей голос Никиты, который привел домой Сашку.

Дочь и Константинов сегодня впервые за долгое время провели час вне моего присутствия, отправившись гулять во двор внизу. Первые минут десять я только и делала, что подходила к окну, чтобы проверить, не уведет ли Никита Сашку куда-нибудь в обход нашего договора. Но так существовать и дальше было невозможно, потому я решила начать доверять отцу своего ребенка хотя бы в мелочах.

Так что у меня имелось немного времени на то, чтобы побыть наедине с собой и сделать тест.

- И хорошо, что пришлось, - ответила, забирая у Ника вышеозвученную связку ключей, которую дала бывшему мужу, когда они с Сашкой уходили гулять.

- У тебя все в порядке? - спросил Константинов, нахмурившись, пока дочь деловито разувалась в прихожей.

Я терпеть не могла такие вопросы, особенно когда у меня все было как угодно, но только не в порядке.

Но делиться с Никитой тем, что его совсем не касалось, естественно, не собиралась.

- Все хорошо, - соврала ему. - Ты домой уже?

- Только руки помою, можно? - Он продемонстрировал мне ладони, перепачканные землей. - Снеговика лепили, а он больше похож на грязевика. Тает все нещадно, - улыбнулся Ник.

- Конечно, можно, - не удержалась от ответной усталой улыбки. - Но сегодня в программе передач больше ничего нет.

На чай не позову, извини, - развела руками.

- Да я и не напрашиваюсь, - подмигнул Константинов и, разувшись, прошел в ванную.

У нас было хрупкое перемирие, которое образовалось не так давно, но я была полностью удовлетворена тем, как теперь складывались отношения с Никитой. О его второй дочери не расспрашивала, но в том, что касалось Сашки, претензий к Нику у меня почти не осталось.