Хочу вернуть жену

Вержицкий звонил мне около часа назад. Вот же… блин! Интересно, не успел ли надумать всякого?

Я уже собралась было нажать на «вызов», когда в дверь настойчиво позвонили. Поторопившись открыть, не взглянула в глазок и, распахнув дверь, чертыхнулась еще раз. На пороге стоял Никита.

Насколько я помнила, сегодня мы с бывшим мужем видеться не планировали.

- Настолько рада мне? - хмыкнул он, заглядывая в квартиру. - Мама сказала, что будет у вас с Сашкой. Я тоже решил заехать.

Решил он! Решительный какой…

- Вообще-то перед такими визитами обычно люди звонят и предупреждают.

Сложив руки на груди, я уже понимала, чем это в итоге закончится. Прибежит Сашка и, увидев отца, обязательно позовет его побыть с ней хоть часик. В воспоминаниях живо нарисовалась картинка того, как Константинов совсем недавно приезжал к нашему дому с какой-то своей бабой. Это разозлило.

- Кстати, ты один? - выглянув в общий коридор, поинтересовалась я. - Или приехал представить дочери очередную бабу?

На лице Никиты появилось такое выражение, что я грешным делом подумала, а не протянет ли он руку и не приложит ли ее к моему лбу в попытках выяснить, нет ли у меня горячки.

Впрочем, оно очень быстро сменилось самым настоящим ликованием, и вот теперь настала моя очередь искренне удивляться.

- Ты о Машке? - спросил он, шагая в квартиру и тем самым оттесняя меня внутрь.

Я машинально сделала шаг назад, еще один. Собралась возмутиться и сказать, что мне нет никакого дела до всех его Машек вместе взятых, когда Никита прижал меня спиной к стене и, нависнув сверху, сказал:"

"- Это же моя сестра двоюродная, ты ее видела сто лет назад.

- Затем он растянул губы в улыбке «Чеширского кота» и буквально потребовал ответа: - А ты так сильно меня ревнуешь?

Я попыталась с силой отпихнуть мужа. С губ уже готовы были сорваться слова возмущения, но проклятая радость, которую невольно испытала, когда услышала про Машу, не дала мне этого сделать так быстро, как хотелось бы.

- Я вообще тебя не ревную, - пожала плечами и снова уперлась ладонями в грудь Константинова.

Никита стоял, не шелохнувшись. Такой же эффект был бы, если бы я решила сдвинуть с места многотонную скалу.

- Ревнуешь. Я же тебя не первый год знаю, Константинова. И знаю, какая ты фурия-собственница.

Я запрокинула голову и расхохоталась. Вышло зло и холодно, что возымело свой эффект. Никита сначала нахмурился, а потом все же сделал то, чего мне хотелось - отступил.