Хочу вернуть жену

Просто положила рюкзак возле кровати, села на краешек постели и, сложив перед собой ладошки, уставилась на них.

Мне захотелось устроиться рядом с дочерью, обнять ее, укрыть от всего того, что ей предстояло услышать и понять. Но здесь и сейчас мы с ее отцом должны были выступать единым фронтом. Не пытаться перетянуть Сашку каждый на свою сторону. Не орать друг на друга и стараться очернить. И я надеялась, что Константинов это понимал тоже.

- Это правда? У папы будет другой ребенок от другой тети? - наконец, подала голос дочь, вскидывая глаза и смотря на нас с такой затаенной болью, что мне стало невыносимо горько.

- Неправда, - тут же отрезал Никита.

Я уже собралась было сказать свое слово, когда Константинов продолжил:

- Но у твоей мамы есть основания так думать. Потому что… когда мы расстались с ней… В общем…

- В общем, не только у меня появился Егор, но и у твоего папы есть… другая, - пришла я на помощь к бывшему мужу.

Вернее, это мне казалось, что на помощь. Однако Константинов поморщился, как будто ему в рот выдавили сок особенно кислого лимона.

Да и я сама едва не скривилась от собственных слов. Это объяснение подошло бы для ребенка куда более взрослого.

- У папы нет никакой другой, - отчеканил Никита.

- Но у мамы есть основания так думать? - не удержалась я от шпильки.

- И оснований нет! Все в прошлом.

- Так объясни все это Саше! - вспылила и, сложив руки на груди, отошла в сторону. - Только без попыток выставить меня монстром в глазах моей дочери!

- Нашей дочери!

- Хорошо, что ты это помнишь…

Я прикрыла глаза и досчитала до пяти.

Чего доброго сейчас все снова перейдет в перепалку между мною и Константиновым. А у нас ведь с ним совсем иные цели.

Никита подошел к Сашке и, присев возле нее на корточки, сказал:

- У твоей мамы есть все основания считать, что я поступил с ней плохо. Я действительно наговорил ей того, что не должен был вообще никогда произносить. Потому что ты и она - это единственное, что для меня ценно. Я очень хочу, чтобы мы снова жили семьей.

Но успел натворить дел, которые сейчас отражаются в первую очередь на твоей маме и тебе. Мне за это очень стыдно. Я хочу попытаться все исправить.

Саша смотрела на отца, нахмурив брови. В ее голове происходила усиленная работа мысли - это было видно невооруженным взглядом.

- Что именно ты натворил? - после паузы, которая, видимо, была нужна ей для того, чтобы совладать с опаской задать вопрос, уточнила дочь.

- Я сказал твоей маме, что мы поторопились жениться.