Хочу вернуть жену

Заглянув в комнату Сашки и убедившись, что она спит (на удивление спокойно), я прошла в прихожую и порылась в сумке на предмет небольшой аптечки, которую всегда носила с собой. Ойкнула, когда палец прошелся по чему-то острому, что показалось лезвием, а мгновением позже извлекла из сумки светлый прямоугольник плотной бумаги.

Сначала мои брови удивленно приподнялись, затем я невольно улыбнулась.

Свердлов Игорь. И номер его телефона. А ниже приписка - На случай, если придется снова спасать :) И когда он только успел не только надписать эту визитку, но еще и опустить ее в мою сумку?

Загадка.

Но, к слову, приятная.

***

Глава 25

Никита решил позвонить Кате сам. Он чертовски устал от того, что происходило. Как это часто бывает, поиски виноватого у Константинова сводились к тому, что случившееся - дело рук кого угодно, но только не самого Никиты. Так было до сих пор. Сейчас он не собирался увиливать от ответственности, если, конечно, ребенок был зачат от него."

"А если нет - тем быстрее хотелось узнать правду, чтобы избавиться от этого триггера в виде Кати, который стал слишком значимым для него, для Еси, для Сашки.

Волновал только один момент - если Катерина так порывалась сделать чертов тест днк, что потрудилась вновь прийти туда, куда он запретил ей даже нос совать, значит, она или что-то задумала, или Константинов вскоре должен был стать дважды отцом.

В любом случае, решать с этим вопросом нужно было что-то как можно быстрее. Чтобы понимать, как дальше действовать и жить.

Поэтому он поставил Кате четкое условие - клинику для сдачи анализов он выберет сам. И она согласилась. Что стало лишь дополнительной охапкой дров в костер его тревог.

- Слушай… у меня вопрос есть, - обратился он к матери, когда ждал прибытия Кати к себе домой, чтобы смотаться и сдать анализы.

- Спрашивай, - пожала Татьяна Ивановна в ответ плечами.

- Почему ты мнение свое так изменила? Просто мне казалось, что Есения для тебя как дочь. И внучку ты одну хочешь рядом видеть.

А тут вон как за Катю заступаешься.

Мама удивленно вскинула брови, отставила на ребро тарелку, которую ополаскивала. Вытерла руки и все это время смотрела на сына, отчего ему стало неуютно.

- А я думала, ты сам все поймешь. За Катю я не заступаюсь, как ты выразился. Но если ты поучаствовал в том, что теперь она на сносях, обязан взять ответственность. И это никак не отражается на моем приятии Еси и Сашки. Они для меня любимы и это неизменно.