Хочу вернуть жену

Ты сам ко мне его привел. И давай уже не будем лезть друг к другу в жизни. Кроме тех моментов, которые будут отражаться на нашей дочери.

Он промолчал. Только сильнее сжались пальцы на руле. Впрочем, несмотря на те горько-полынные чувства, что бушевали внутри, мне не хотелось ничего говорить. Жаль было всего того, что осталось в прошлом, но что мы уже не могли вернуть. Что я не хотела возвращать. Жаль, но… на этом все.

- Татьяна Ивановна ведь хочет поговорить о том, что ты мне сегодня рассказал? - удивительно спокойным даже для меня голосом поинтересовалась, когда Ник припарковал машину возле моего дома.

- Да. Она не хочет терять общение с Сашкой, - кивнул Константинов.

- Так в чем проблема? - вскинула я брови. - Кажется, за мной не было замечено желаний противиться тому, чтобы бабушка и внучка встречались.

- Мама считает, что… ну, виновата перед тобой, раз хочет не терять контакт еще и с другим внуком.

Никита поморщился и, повернувшись ко мне, выдал:

- Есь, если бы ты знала, как я жалею о том, что случилось.

И как я не хочу этого нового отцовства. Сашка - моя единственная дочка. Мой единственный ребенок…

- Уже нет, - отрезала я, покачав головой. - А хотя, хватит об этом. С новой счастливой жизнью, Константинов! Лучшее, конечно, впереди.

Растянув губы в улыбке, я вышла из машины. Повела плечами, ощущая зябкость, несмотря на то, что на улице не было холодно.

Мы с Никитой поднялись в квартиру, я открыла дверь, и в прихожую тут же выбежала Сашка. У меня сердце зашлось, потому что дочка обычно задерживалась до победного с бабушкой, с которой они играли или смотрели вместе телевизор, даже когда я возвращалась домой.

В голову тут же полезли дурацкие мысли о том, что пока меня не было, Татьяна Ивановна могла позвать на знакомство Катю. Но это была паранойя.

Да и Сашка, кажется, совсем не выказывала беспокойства. Лишь только крепко обняла сначала меня, потом отца и, запрокинув лицо, сообщила:

- Я так рада вас видеть!

Я понимала, что она имеет в виду. Нас двоих с ее папой, пришедших вместе.

Вспомнились магниты, которые Кнопке передал Игорь. Чего мне стоило удержаться и не отдать их при Константинове, знали только небеса. Но думала я прежде всего о дочери. Не станет ли ей неудобно при Никите за то, что она обрадуется чужому подарку? И не станет ли это выглядеть мелкой местью?

- Мы тоже очень рады, что ты рада, - улыбнулась я дочери и скомандовала: - Давай-ка папу в ванную руки мыть и угости его чаем в детской, мне с твоей бабушкой нужно поговорить.