Проклятие брачного договора

Чтобы под ногами у вас не путаться.

Собрав джинсы и толстовку, чтобы одеться в ванной, Дина заперлась изнутри, открыла воду и влезла под душ. В коротком разговоре с Катей было что-то важное, только Дина никак не могла сообразить, что именно. Боря – нежадный, добрый и справедливый. Так, это не то. Он не ругается, когда его домработница приходит в неположенный день. Не то что некий Максим Михайлович. Нет, это, кажется, тоже не то. Или то? Максим Михайлович ругался, когда Катя пыталась отпроситься в среду, потому что ее попросил прийти Ефимий Александрович.

Вот оно. Катя работает еще в одной квартире в этом же подъезде. А Ефимий Александрович – это историк. Или нет, палеограф. Специалист по древним рукописям. И он живет на четвертом этаже. Интересно, и что эта информация ей дает?

Что-то связанное с древними рукописями продолжало царапать мозг. Но как Дина ни пыталась, так и не смогла понять, что именно. Решительно закрутив кран, она вылезла из душа, вытерлась пушистым полотенцем, оделась, почистила зубы, собрала волосы в хвост, решила сегодня не краситься, критично посмотрела на себя в зеркало, тяжело вздохнула над собственным несовершенством, натянула одежду и вышла наружу, выпустив в коридор клубы пара.

– Катя, я у соседей буду! – крикнула она в сторону спальни, из которой доносилось жужжание пылесоса. – Вы, когда закончите, сигнализируйте мне, ладно?

– Хорошо! – прокричала в ответ Катя. – Это часа через два будет. Меня Ефимий Александрович в районе часа ждет. Он до этого времени работает.

Мешать нельзя.

Соседка Лена оказалась дома одна и Дине очень обрадовалась."

"– А Веня по делам ушел, – сообщила она. – Ты проходи. Можно, я на «ты» буду? Чаю хочешь? Или, может, поесть чего. Блины будешь? Я блины напекла.

От ее ласкового щебетания становилось как-то теплее на душе. И улыбаться хотелось все время. Дина и улыбнулась.

– Блины буду, – сказала она. – Как раз позавтракать не успела. У меня сегодня выходной, вот я и проспала все на свете, включая завтрак. А сейчас домработница пришла, вот я и освободила фронт работ.

– А я сама все прибираю, – сообщила Лена, ловко накрывая на стол. На нем появилась тарелка блинов, накрытая пластмассовым куполом, масленка, баночка с вареньем, плошка с медом, блюдечко со сметаной. – У нас денег лишних совсем нет. Тем более что Веня с Нового года не работает.

– А ты? Ты тоже не работаешь? – спросила Дина, завернув первый блин лодочкой и обмакнув его в варенье, клубничное, с прозрачными крупными ягодами.