Проклятие брачного договора

– А есть еще и во-вторых?

– Есть, я сама убирала сапфиры в сейф и совершенно точно знаю, что в тубус, в котором они лежали, никакой древний документ просто не влез бы. А сейф был совершенно пустой, когда я его открывала. Я не смотрела специально, но это было видно. Нет, Борис точно ни при чем. Есть кто-то еще.

– Ладно, девушка, я, пожалуй, пойду. За ужин и кофе спасибо, все, что мог узнать, я для вас узнал, а дальше ваше дело. На мой взгляд, вам надо быть осторожнее с вашим другом и все рассказать полиции.

Я, пожалуй, дам вам на это два дня. Завтра я улечу на переговоры в Мурманск, в понедельник буду там сильно занят, во вторник прилечу обратно и отосплюсь. А в среду я сам все расскажу полиции, если вы до того времени этого не сделаете.

– Если вы такой сознательный, то зачем же откладывать до среды? Позвоните следователю сейчас.

– Если я позвоню сегодня, то завтра никуда не улечу, а эта командировка не терпит отлагательств. В нее должен был лететь Павел, но он уже не сможет.

Расследование может подождать до среды, а если ваш сожитель за это время вас зарежет, то, в конце концов, это ваши проблемы, не мои. Желаю здравствовать.

Он вышел из комнаты, какое-то время Дина слышала, как гость копошится в коридоре, а потом щелкнул, отпираясь, замок, стукнула входная дверь и снова лязгнула собачка. Все. Ушел. Дина посмотрела на часы, показывающие десять минут десятого, вздохнула и второй раз за вечер начала убирать со стола, забыв, что сама так и не поела.

Минут через тридцать телефон у нее опять зазвонил. «Борис», – было написано на экране, и Дина улыбнулась, что он считает своим долгом держать ее в курсе своих дел.

– Да, Боря, – сказала она в трубку, и улыбка отчетливо звенела в ее голосе. – У тебя все хорошо? Ты когда вернешься?

– Я уже вернулся, – проскрежетал практически незнакомый, только отдаленно угадываемый голос в трубке. – И у меня не все хорошо. Точнее у меня все очень плохо.

– Боря, что с тобой? Где ты, Боря? – сердце грохотало внутри, кажется, щекоча уже пятки.

– Я внизу. Я приехал с работы, вошел в подъезд и увидел тело, лежащее у лифта. Дина, это Игорь Петров. Его убили.

* * *"

"Дина стояла, вжавшись в стену подъезда, и на нее накатывало ощущение полного дежавю. Всего четыре дня прошло с того момента, как она стояла на том же месте в такой же точно ситуации. И куртка на лежащем ничком у лифта теле была точно такая же – темно-синяя, с акульим логотипом.