Нежить и некромант

– Разойтись! – рявкнул Салбатор так громко, что перекричал музыку фонтана, и толпа расступилась, отпрянула, как волна с берега Проклятого озера.

– А ну, отстань от неё!

Пришлось схватить нежить за другую руку и потянуть на себя. Внезапно Болдер распрямился и отпустил руку спутницы, что та со всего размаху врезалась ему в грудь, обдав могильной прохладой и запахом трав, мокрых от росы.

Салбатор даже не сразу сообразил, что не так. Следил лишь за рукой Болдера, в которой тот держал какой-то металлический предмет размером с орех и похожий на шестерёнку в механических паровых машинах.

– Тихо, как тихо, – плакала нежить настоящими женскими слезами, как плачут молодые вдовицы по дорогому, ещё не забытому покойнику.

И Салбатор понял причину столь яркой грусти: фонтан замолчал. Оборвал музыку на полувздохе, словно подбитая птица, напоровшаяся грудью на остриё стрелы. Такой стон уже не повторится.

Фонтан замолчал надолго. Или навсегда.

Глава 4

Миджина

От всего произошедшего у Миджины разболелась голова.

Зашумело в ушах, бешено заколотилось неживое сердце, а боль в висках стала такой невыносимой, словно кто-то давил на них громадными пальцами, и вот сейчас кости треснут, а из глаз польётся кровь.

Салбатор что-то говорил, но Миджина не разбирала ни слова. Смотрела на его губы, ловила встревоженный взгляд некроманта, но была не в силах даже шевельнуться. Мир вокруг превратился в ярмарочную карусель, где всё яркое, громкое, но ненастоящее, а малёванные красочные лошадки всего лишь деревянные статуи.

Салбатор де Торес ругнулся, это она поняла по злому выражению его лица и судороге, скривившей рот. А ещё он сплюнул на землю и, схватив её за рукав, потащил к выходу. Миджина по-прежнему чувствовала себя куклой на верёвочках, но в душе была рада, что де Торес уводит её отсюда.

Прочь от онемевшего фонтана, вокруг которого началась паника. Люди куда-то бежали, суетились, и в то же время оставались в парке, желая разобраться с причинами поломки Музыкального фонтана.

Миджина помнила, ведь она жила здесь, что городу было предсказано: замолчит фонтан – захиреет это место.

Салбатор ускорил шаг, и Миджина обернулась. Ей очень хотелось посмотреть, куда делся Петер Болдер. Ещё минуту назад он держал её за руку, а потом куда-то пропал. Растворился в толпе, будто флейтист, сотни лет назад забравший детей целого города.