Нежить и некромант

Барнеби докладывал, чем занимается Святой Орден, благодаря чему Салбатору удавалось жить спокойно, некроманта не трогали, потому что о нём не знали, ну а он, в свою очередь, наводил приятеля на след слетевших с катушек заклинателей, Чёрных ведьм и тех, кто заигрался с нежитью.

– Не нуждаются, да, – усмехнулся Барнеби. – Потому что не знают, где я. А я тут, под их носом, хе-хе. Только ты сюда не об этом послушать пришёл, верно? Даже свою нежить оставил. Запер, что ли?

«Надо было», – шевельнулась мысль, но Салбатор её отогнал.

Надежда, она такая, коварное чувство: проникнет в сердце – не избавишься.

– Стары мы стали, особенно ты, некромант. Поглупел, расчувствовался, скоро и доверять нечисти начнёшь, – бурчал Барнеби и принялся за вторую тарелку съестного, которую принесла синеволосая девица.

И улыбнулась ему так, словно вспомнила, что она иеле – злая фея, принимающая облик девы.

Ей бы только мужчин губить, но с вырколаком даже они не рискуют связываться.

– Так что насчёт убиенной около замка? – вернулся к теме Салбатор. Барнеби обожал уходить от прямого разговора.

– А сколько их там было, не счесть!

– Я о той, кого нашли вчера.

И Салбатор достал из кармана сюртука тугой мешочек, набитый медными монетами.

– Почему не серебром?

– Вы же его не жалуете, – усмехнулся он, довольный шуткой. – А золота нет, извини. Я ноне не при деньгах.

Барнеби проворным движением спрятал мешочек в заплечную суму.

– Ну, слыхал я кое-что. Девица эта не из бедных была, с отцом и матерью прибыла из Сибиу. На водах подлечиться, говорят, замуж собрались её выдать, а у неё недуг кожный с нервов приключился.

– И? Кто же убил красавицу?

– А я не говорил, что она красавица, – Барнеби сверкнул глазами и с подозрением уставился на собеседника.

– Не одна она такая. И всё погибли накануне свадьбы, все красавицами были. Спроси по округе.

– А ещё я слышал, что Святой Орден думает, что один из ваших здесь замешен.

И снова вырколак уставился на Салбатора так, словно хотел спросить: «Не ты ли это, часом?»

– Слишком много всего ты знаешь для того, кто совсем не имеет отношения к старым делам.

Салбатор снова заказал эля. Придётся раскошелиться, но вытянуть из старой шкуры всё, что он сможет рассказать. Эль – его слабость. За это, видать, и из Ордена погнали. Старый волк нюх потерял.

– И ты, де Торес, слишком интересуешься обескровленными. Не твоя это тема.