Созвездие Волка

И не смейте их использовать в качестве глиняных болванов! Для этого у вас есть другой материал.

– Хорошо, – согласился Ратманов. – Свободных… Кстати, как вы их назвали? КПБ – это же ваша аббревиатура? Напомните, пожалуйста, как она расшифровывается.

– Коллектив патриотических больных, – ответил доктор.

Ратманов усмехнулся.

– Патриотических…

И пальцем погрозил доктору.

– Иронизируете? Ай, нехорошо! Мы ведь с вашими патриотами Россию преобразим до неузнаваемости. Там, наверху…

Ратманов выдержал многозначительную паузу.

– …Приняли решение начать финальную стадию проекта «Лабиринт». И осуществим мы её в рамках более масштабной операции. Вы, лекари душ истерзанных, должны за четыре дня завершить подготовку ваших подопечных. Четыре дня! Не больше!

Ратманов для убедительности поднял четыре широко растопыренных пальца.

Балицкий ничего не ответил ему. Он всё так же неподвижно сидел в кресле и молчал.

– Уложитесь, доктор? – осторожно спросил Ратаманов. – А вы, Наталья Петровна?

– Как доктор скажет, – неуверенным голосом ответила Наталья Петровна.

– Завтра с утра у нас групповая терапия, – глухим голосом произнёс доктор. – Потом занятия в спортзале. После обеда – полигон. Ближе к вечеру медитация и свидание с Кундалини. Потом три дня занятий…

Балицкий пошевелил губами.

– …Мои люди готовы. Готовы. Но как вы их используете? Голова… Это же тончайший механизм! Какая же настройка нужна голове! Вы же разрушите всё… Я же из глины создал ангела, минуя творение человека.

Я создал подлинно новую реальность, а не эту вашу… долларовую, обывательскую пошлятину, которую вы пытаетесь подсунуть мне вместо рая! Вы думаете, я создал совершенных убийц? Всего лишь убийц? Какая глупость! Неимоверная глупость! Я создал новое человечество. А вы… Обидно! Как же обидно, когда нельзя сорвать плод с тобою же выращенного дерева. Обидно, когда дерево хотят срубить, не попробовав плодов. Срубить лишь для того, чтобы из ствола вырезать большую, тяжёлую дубину. Всё изменится, как же… В голове у вас ничего не изменится. Станете богатыми, счастливыми… И останетесь такими же дураками!

Балицкий вздохнул тяжело и закрыл глаза.

– Тяжело с вами, доктор, – сказал Ратманов. – Впрочем, мы к этому были готовы. Так что скажете?

– Будут вам исполнители, – тихо, почти шёпотом произнёс Балицкий. – Через четыре дня.

Ратманов ответил ему голосом вялым и безжизненным, словно совсем не обрадовал его вымученный ответ доктора:

– Вот и хорошо.