Созвездие Волка

Балицкий замер у двери.

– Простите, доктор, если мы обидели вас или сделали что-то нет так. Я понимаю, этот праздник не нужен вам. Ни к чему было навязывать вам этот ужин… вы не любите общество. И ещё вы так устаёте. Вам нужен отдых, я понимаю. Просто Пётр Владимирович хотел подарить вам праздник. Хотел хотя бы на один вечер, на несколько часов создать иллюзию домашнего очага. И…

– Я знаю, чего хотел Пётр Владимирович, – не поворачивая головы, ответил доктор.

 – Конечно, я не замечаю тех, кто работает рядом со мной. Я сухарь. Бестактный, бессердечный, нелюдимый. Так обо мне говорят? Наверное, это правда. Но. Наверное, я не могу быть совсем равнодушным к людям. Я кое-что помню… День рождения у вас, Наталья Петровна, в середине октября. И вы его не отмечаете. Вы живёте одна, без мужа. И детей у вас нет. Не знаю, что нарассказывал вам полковник и как он уговорил вас участвовать в этом спектакле… Вы хороший человек, Наталья Петровна. Вы самый лучший человек из всех, кто здесь… Я знаю, что требует от вас Ратманов.

– Я вас насквозь вижу, полковник! – крикнул он Ратманову.

– Замечательно, – пробурчал в ответ полковник, вставая с пола и отряхивая брюки.

Собранные карточки полковник пересчитал, потом запихнул кое-как в портмоне.

И, подхватив со стола, прижал к груди вазу с цветами.

– Вечер окончен, уважаемые…

И вышел из комнаты.

– Идите с ним, – попросил Наталья Петровну доктор. – Он нетрезв и может уехать без вас. Полковник был галантен, пока вы были нужные ему. Спектакль окончен, нужда отпала и полковник может забыть вас здесь. Вам ни к чему ночевать здесь. Вы добрая… Доброму человеку незачем оставаться на ночь в этом доме.

– Я оставалась в больнице на ночь, – напомнила Наталья Петровна. – В ночную смену. Вы помните, были ночные процедуры, надо было помочь медсёстрам.

Я не боюсь…

Она перешла на шёпот.

– …Ваших оборотней.

Балицкий резко отшатнулся от неё, плечом ударившись о дверь.

– Уходите! – крикнул он. – Уезжайте, прошу вас! И не вспоминайте! Не вспоминайте!

Он рывком открыл дверь и выбежал из комнаты.

Наталья Петровна посмотрела вслед ему.

Взгляд её был спокоен и печален.

«Бедный Волк!» подумала она. «Он грызёт сам себя».