Слон для Дюймовочки

Восход на востоке и заход на западе можно наблюдать на экваторе в момент весеннего или осеннего равноденствия, и то с погрешностью на рефракцию. Летом восход наблюдается на северо-востоке…

Собачкин, словно загипнотизированный, слушал рассуждения эксперта, а я не выдержала:

– Леня! Тебе принесли пробирку с кровью Морозовой?

– Сам анализ делал! – подтвердил наш зануда.

– Тебя ничего не смутило? Необычно найти в крови женщины препарат для лечения аденомы простаты.

– В жизни всякое случается, – философски заметил Леонид.

 – Помнится, когда только начал работать, в морг привезли тетку, жертву ДТП. Когда сняли одежду, она оказалась мужиком. Может, и с Евгенией так?

– Она родила дочь! – воскликнула я.

– Ты присутствовала в момент появления ребенка на свет? – осведомился собеседник.

Мне пришлось ответить:

– Нет.

– Супруги Морозовы могли девочку удочерить, – продолжил Леня, – нельзя ничего исключать. Но, скорее всего, просто перепутали пробирки.

– Анна сказала, что при ней кровь брали, – не сдалась я.

– Были две емкости, – опять пустился в объяснения эксперт. – Первую наполнили, поставили в штатив, потом вторую поднесли к игле в вене. Действия занимают секунды. Предположим, работали две медсестры. Одна забор делала, вторая штативом занималась, а в нем уже стояла емкость с кровью какого-то мужчины. В реанимациях обычно нет отдельных палат с дверьми, предбанником, санузлом. Часто жизнь больного зависит от скорости, которую развивают средний медперсонал и врачи. И надо разделять отделение интенсивной терапии от реанимации.

В первом проводится комплект мероприятий, которые направлены на устранение нарушений жизненно важных функций организма. А в реанимации делается все, что в интенсивной терапии, плюс оживление человека при клинической смерти, коме…

– Леня! – взмолилась я. – Можешь говорить по-человечески?

– Так вроде не по-собачьи лаю. Просто люди все называют реанимацией, это неправильно. Если кратко, то могли перепутать пробирки, случается такое. А могли нарочно подменить, что тоже случается.

Если вопросов больше нет, то мне работать надо. Звоните, абы что.

– Вот зануда, – не выдержала я.

– Хороший эксперт – всегда зануда, – заметил Сеня, – иначе он плохой специалист. Анна увидела маму всю в проводах, в капельницах, испугалась, расстроилась. Обстановка вокруг давит, приборы пищат, моргают. Вероятно, она только на Евгению смотрела. А медсестра до того, как старшей Морозовой заняться, еще у кого-то анализ брала! И перепутала все.