Тяготы домохозяйства

 – А что?

– Нежнее надо! Вы же так всё качество сотрете! – отдышавшись, заявил нервный мужчина и, включив в розетку один из мониторов, наглядно показал, как после проведения по экрану салфеткой Full HD падает до обычного HD."

"До чего бы Ольга Прокофьевна ни дотронулась, всё норовило рассы́паться, оторваться, окислиться. В углу на полу усердно кашлял демонстрационный робот-пылесос, который чем-то подавился. Набекрень взяла его в руки и постучала по тому месту, где у робота по логике должна быть спина. Через секунду из сопла бедолаги вылетел микроскопический шарик пыли и килограмм каких-то микросхем.

Робот благодарно пиликнул и заехал назад в свою коробку.

– Что это всё за хлам? – спросила Набекрень у работника зала, который всячески пытался её отговорить от уборки.

– Товары по акции, – тяжело вздохнул он. – Тут всё очень хрупкое и опасное. А в конец ряда вообще не советую ходить без свинцового костюма: там микроволновки и роутеры из стран, которых до сих пор нет на глобусе. Мы называем этот участок «зоной отчуждения», стараемся консультировать покупателей на расстоянии.

Набекрень пожала плечами и сделала шаг назад. При этом она случайно наступила на главного менеджера Игната, отчего тот буквально стал ниже ростом на несколько сантиметров и постарел на несколько лет.

– Смотреть нужно куда прёте! – выругался Игнат, но через секунду злобно оскалился: – На склад привезли «возвратом» морозильную камеру из рыбного магазина, в ней полно размороженной продукции.

Я хочу, чтобы вы всё отмыли до витринного состояния! И если я учую хотя бы какой-то посторонний аромат…

Он посмотрел на уборщицу своим самым суровым взглядом, но тот моментально растворился в космическом спокойствии Набекрень.

– Как закончите, найдите грузчиков. Они отвезут морозилку в отдел гарантийного ремонта.

Раздав указания, Игнат, судорожно оглядываясь, покинул место встречи.

Ольга Прокофьевна смогла не только отмыть камеру до блеска, но и умудрилась даже вернуть ей заводской запах.

Закончив, Набекрень отправилась искать грузчиков. Звук громких ритмичных ударов вывел её на нужный след. Мужчины сидели посреди пролёта и увлеченно играли на барабане, несмотря на разгар рабочего дня. Ольга Прокофьевна всегда поддерживала творчество, особенно она любила музыку. Вот только грузчики были отнюдь не музыканты, а барабан был временно изъят из бака стиральной машины, которая стояла рядом: мужчины играли в домино и громко кричали.