Третье правило дворянина

Когда Взломщик вышел из марева, он напоминал головешку, которую только что достали из пламени — его плащ тлел на нем маленькими ярко-красными пятнами. Удивительно как он вообще не сгорел, из чего он был сделан, интересно знать?

Тварь вновь подняла руку и тут же превратилась в глыбу льда — это Минин сработал! Я попытался взорвать этот ледяной кусок на части и бросил в него Огненный шар, но в этот момент лед разлетелся в разные стороны и мое заклинание просто пролетело сквозь Взломщика.

Твою мать! На него практически не действуют заклинания! Огненный шторм пока единственное, что хоть как-то смогло его задержать.

К этому моменту я уже был довольно близко и Взломщик решил, что пора со мной разделаться. Он вновь поднял руку, я увидел знакомый белый луч, который на мгновение ослепил меня. Голову сдавило мощными тисками, но этого было недостаточно, чтобы у него получилось меня остановить. К тому же это было все, на что он был способен — спустя мгновение давление ослабло.

Я перешел на бег и в этот момент Взломщик закричал вновь, но на этот раз в его крике слышалась лишь злость. Видимо этот фиолетовый парень не рассчитывал, что я продолжу свой путь после его удара. Теперь он вскинул обе руки, которые мгновенно охватило золотое свечение. Добежать до него я не успевал, поэтому я задержал время, вытащил из пояса ярко-розовую бомбу и бросил в него.

Раздался громкий хлопок, пространство вокруг Взломщика разорвалось на сотни розовых брызг и его отбросило назад.

Он попытался подняться на ноги, но в этот момент я подбежал к нему и воткнул в его тело Рассвет.

От истошного вопля у меня заложило уши, а из его глазниц ударили золотистые лучи света. Последовал громкий хлопок и его разорвало на мелкие клочья. Вскоре о нем напоминало лишь облако золотой и фиолетовой пыли, которое медленно оседало на землю. Вокруг стало светлее, темнота ушла вместе со смертью Взломщика.

Теперь нужно выяснить, что там с Богданом, может быть, ему можно чем-то помочь?

Подбежав к Вешнякову, я посмотрел, что с ним происходит и понял — дело хреново, от слова «совсем».

Вокруг валялись пустые шприц-тюбики, среди которых были все, что могли пойти ему на пользу, включая «Экстра-плазму» и несколько «Оптимумов». Салтыкова стояла возле него на коленях и колола еще одну «Экстра-плазму» но, похоже, это не имело никакого смысла. Думаю, помочь ему мы просто не могли.