Бриджит Джонс. Без ума от мальчишки

10 мая 2012, четверг

79 кг; подписчиков в Твиттере – 0.

10:00. Только что звонила в клинику по лечению ожирения (в действительности она называется «Клиника коррекции веса» – оч. правильно!). Больше всего меня вдохновило, что сначала они даже засомневались, смогут ли они со мной работать, так как им показалось, что я недостаточно толстая. Мне даже пришлось – впервые в жизни! – прибавить себе несколько килограммов, чтобы они только согласились записать меня на прием!

10:10. Решено, я должна превратить свое дряблое тело в подтянутую, мускулистую фигуру – с прессом как стиральная доска, который будет надежно удерживать мои кишки и не давать им трястись при каждом движении.

10:15. Только что – исключительно по привычке, автоматически – доела все, что осталось от детского завтрака.

17 мая 2012, четверг

79,5 кг; подписчиков в Твиттере – 0.

09:45. Собралась ехать в клинику по лечению ожирения (т. е. в «Клинику коррекции веса»). Настроение – ниже некуда.

Представляю себя растерянным, стыдящимся себя пациентом, который в уродливой больничной пижаме подвергается каким-то медицинским процедурам вроде измерения давления, пока подтянутый, лощеный репортер на переднем плане соловьем разливается о Национальной Эпидемии Ожирения и методах борьбы с нею.

10:00. В клинике мне неожиданно понравилось. Это было что-то потрясающее! Правда, в первые несколько минут я чувствовала себя довольно-таки неловко, поскольку в справочной службе больницы Святой Екатерины мне пришлось несколько раз – со все возрастающей громкостью – повторить, куда именно я иду.

Зато когда я добралась наконец до здания клиники, настроение у меня значительно улучшилось, так как у самого входа я едва не столкнулось с мужчиной, который был таким толстым, что ему приходилось буквально везти свой живот перед собой на тележке! С мужчиной на полном серьезе заигрывала несколько менее толстая женщина, которая все повторяла ему соблазнительным контральто:

– У вас ожирение с детства? С детства?.

.

Кроме того, в самой клинике люди смотрели на меня чуть ли не с восхищением. Ничего подобного со мной не случалось, наверное, с тех самых пор, когда мне было всего двадцать два и я предпочитала ходить повсюду в кошмарной клетчатой рубашке, полы которой были завязаны узлом на моем абсолютно плоском загорелом животике. Не сразу до меня дошло, что они, должно быть, считают меня пациенткой, которая успешно заканчивает курс лечения.