Наследник герцога

 – Что с твоими руками?! Кто это сделал? Эдмон, ответь мне, пожалуйста!

– Меня только что отпустили с практического занятия… – очень тихо произнёс он.

– Как? – удивилась она. – На каком основании? Что они себе позволяют!

– Да какая разница… – столь же безразлично, сколь Элоиза была в раздражении от случившегося, ответил Эдмон, прижимаясь к девушке и глядя в пустоту комнаты.

Она взяла его ладони и прижала к своим щекам. Она поняла, что Эдмона наказали из-за неё. Дополнительные часы занятий никому никогда просто так не давали, разве что кто-то из учеников сам просил у преподавателей о подобном.

И насколько ей было известно, Эдмон подобного не делал.

– Элоиза… я хочу у тебя спросить кое о чём… когда ты успела нарисовать тот рисунок, что лежит на столе?..

– Ты так слаб, тебе нужно отдохнуть, а ты утруждаешь себя, спрашивая о подобной чепухе…

– И всё же… – настаивал Эдмон.

– Когда ты спал, глупенький, – легонько поцеловав его, ответила она. – Ты уснул прямо у меня на руках. Я не хотела мешать, собралась было уйти, но ты лежал так живописно, что я не удержалась и сделала тот рисунок.

Потом я укрыла тебя одеялом и ушла. Вот и всё… Ладно, больше ни слова о рисовании, оно и так тебя сегодня довело. Тебе надо переодеться и отдохнуть. Сможешь подняться?

– Постараюсь…

Он поднялся сперва на колени, а спустя несколько секунд выпрямился, слегка пошатнувшись. Элоиза поймала его за руку. Юный герцог стал медленно раздеваться, насколько быстро позволяли его ослабшие и наполовину занемевшие руки расстёгивать пуговицы на одежде.

Элоиза сидела позади него на кровати, поджав под себя ноги. Она сейчас боролась с двумя противоречивыми желаниями, одно из которых было остаться здесь, с ним, а другое – уйти поскорее, чтобы его снова не наказали, и он не испытывал жуткой боли, ибо ещё два дня подряд такого испытания, и это закончится фатально. Она прекрасно понимала, что Эдмон просто жертвовал собою ради неё. И она решила уйти. Едва ступив шаг, она услышала:

– Неужели после всего ты всё ещё меня стесняешься? – он стоял, обернувшись в её сторону.

– Нет… – она не поворачивалась к нему; стояла, обхватив саму себя за плечи и не двигалась, поникнув головою. – Я просто не хочу, чтобы тебя снова так наказали из-за меня.

– Какая ерунда! – раздался его уставший смех. Он протянул к ней свою руку и сказал: – Иди ко мне…

Как заманчиво прозвучали его слова!

Она повиновалась. Крепко обняла его, ощущая на своей щеке холод шёлка его халата.