Расстояние

Добавьте к этому поздний брак восемь месяцев назад, красивую жену-француженку, по настоянию которой он перебрался в Париж, и его изолированность от заказчика, Вашингтона и Лэнгли. Ему нужны деньги. Он жаждет работать. Когда я сказала ему все, что хотела, он сдержанно произнес:

– Вы все играете в Джеймса Бонда, Лора?

– Вы были бы разочарованы, если бы я все бросила.

Крейги рассмеялся в ответ, но не слишком искренне.

Сегодня он уезжает на поезде «Евростар» с вокзала Гардю-Нор.

– Если кто и сможет все это сделать достойно, так это Уитман, – заключаю я.

– А Вашингтон? – интересуется Крейги. – Министерство юстиции США с этим связано? Потребуется лишь один телефонный звонок.

– Мы сможет обеспечить Йоханссону достаточно документов, чтобы со всем справиться. Все бумаги будут в понедельник там, где нужно. В таких делах каждого волнует, лишь чтобы его задница была прикрыта. Так и будет. Йоханссон появится с эскортом, его будут ждать.

– Ты сказала, он пробудет там три недели.

– Нам так удобнее.

– Или ты предполагаешь, что у тебя есть столько времени, прежде чем кто-то позвонит в Вашингтон? А Йоханссон знает, каковы риски? Если кто-то что-то заподозрит или свяжется с Вашингтоном, пока он будет в Программе…

– Разумеется, я его предупрежу.

– Но мы работаем в любом случае, верно? – Крейги вновь качает головой и продолжает, чуть понизив голос: – Это же тюрьма, Карла.

Я понимаю, что он хочет сказать. Это может быть ловушка.

– Филдинг проверил клиента. Он дерьмо, но я доверяю ему достаточно, чтобы не рисковать лучшими людьми. С полицией тоже все схвачено: если кто-то из членов преступных группировок попытается вмешаться в операцию и перехватить засланного человека, никто об этом не будет знать. В любом случае разве он представляет для нас угрозу? Не думаю, что ловушка настолько серьезная, чтобы попасться.

– А ты? Ты ведь тоже рискуешь.

– Никакого риска.

– Карла, много лет назад мы договорились…

Я помню.

– Всего лишь единичное дело, – как можно мягче произношу я. – Ничего особенного. Всего один раз.

Несколько мгновений Крейги молчит, уставившись в пол, затем говорит:

– Ты не можешь в этом участвовать.

– Я уже участвую. Он пришел ко мне. Я несу за него ответственность.

– Зачем, Карла? Почему он для тебя особенный?

У меня нет ответа.