Ибридо

– Почему это? – возмутилась Эмили. – Я ей уже всё сказала по этому поводу, – глаза Эмили медленно поднимались от оголенных коленок к синим сосулькам. – Я считаю, что ей не совсем идет этот стиль, и…

– И ты боишься, что она затмит тебя своей красотой, – мы с Дори рассмеялись, а Эмили от недовольства закатила глаза и вытянула губы – будто затянулась невидимой сигаретой.

– Совсем не в этом дело, – съязвила она. – И вообще, Даннет, мы обниматься сегодня будем или как?

– А ты как думаешь? – наконец, выяснив кто как изменился за лето, мы тепло друг друга поприветствовали.

– Всё лето не виделись. Я так по вам скучала там.

Родители Эмили в разводе. В Хомвуде она живет с мамой, а мистер Льюис переехал жить на Майорку, развернул там неплохой бизнес и нашел себе спутницу… года на три старше нас. Эмили каждый год отправляется к ним на всё лето.

– Как представлю, что еще пару дней назад я лежала на шезлонге, потягивала коктейль и любовалась видом на Средиземное море, так грустно становится, – вздохнула Эмили, оглядев школьную округу.

Мы с Дори сделали жалостливые лица и, не сговариваясь, протянули:

– Бедняжка…

У меня первой вырвался смешок, затем засмеялась и Дори. А Эмили покрутила пальцем у виска.

– Вам только бы поржать!

Эмили направилась в сторону школьного крыльца. Мы с Дори шли за ней, улыбались и переглядывались, скорее всего, думая об одном и том же – каждый раз, когда Эмили возвращается с Майорки, начинает строить из себя богатенькую привереду.

Школьная кафешка становится для нее «отстоем», шмотки в магазинах – «даже моя бабуля такое не наденет», а многие парни – «бесперспективное быдло, перекачанное быдло, недоразвитое быдло». В общем, за лето испанцы так покоряют ее сердце, что наша мисс очарование становится настоящим гурманом. Спустя пару месяцев она, наконец, вспоминает, что живет не на Майорке и спокойно начинает встречаться со вчерашним «быдлом».

Дори догнала Эмили, они притормозили у компании девчонок из нашего класса, а я решила не задерживаться и пошла вперед.

И тут почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Я медленно обернулась: незнакомый мне высокий парень, не стесняясь, смотрел на меня в упор. Кепка по-хулигански сдвинута на затылок, курточка на плечо, смотрел так, словно увидел во мне старую знакомую. Он улыбнулся уголками губ и, не сводя с меня глаз, медленно кивнул. Его глаза – два чистейших глубоких океана, от которых невозможно было оторваться.