Коэффициент поцелуя

Она вытащила розовый «ТазерС2» из сумочки и протянула Майклу.

– С ума сойти, да ты хоть умеешь им пользоваться? – Он уставился на шокер такими круглыми глазами, что Стелла рассмеялась бы в другой ситуации.

– Снимаешь с предохранителя, целишься и жмешь на кнопку. Очень просто.

– И ты воспользовалась бы им против меня?

– Я этого не сделала, соответственно, ответ – нет.

Уставившись на шокер со смесью ужаса и интереса, Майкл принялся вертеть его в руках, но Стелла выхватила прибор:

– Никогда не направляй оружие на себя.

 – Она бросила шокер в сумочку, скрестила руки на груди. – Как видишь, у меня все под контролем, но я ценю твою заботу.

При мысли о том, что ей снова придется копаться в предложениях эскортных служб, Стелла стиснула зубы. Никто из тех мужчин ее больше не интересовал. Если она сделала выбор, то это окончательно. Ей не нужен был никто, кроме Майкла, но она оказалась такой ужасной неумехой, что он не хочет ее больше видеть. Как, спрашивается, ей улучшить навык, если ее проблема продолжает отталкивать даже тех, кто мог бы ей помочь?

Похоже, горечь проявилась на ее лице, потому что выражение Майкла смягчилось.

– Стелла, я никогда не встречаюсь ни с кем дважды. Иначе я бы обязательно принял твое предложение.

– Почему? – разочарованно выдохнула она.

– Когда-то я так уже делал. Одна клиентка ко мне привязалась, и ситуация вышла из-под контроля. Правило единичных встреч уберегло меня и моих последующих клиенток от многих страданий.

– Хочешь сказать, ты заранее знал, что откажешься? – Казалось, чернота вот-вот прольется через край и перепачкает ее изнутри.

Она-то видела в нем потенциальное решение проблемы. А оказалось, что вся затея с самого начала была развлечением на одну ночь.

Он коротко кивнул.

– Зачем тогда остался на ночь? Я честно рассказала тебе, чего я хочу. А теперь выясняется, что все эти поцелуи, прикосновения, раздевания – все это было впустую. – Под конец горло так сдавило, что она едва могла выговорить последние слова.

Стелла прижала ко лбу горячие ладони, пытаясь избавиться от ощущения, что ее предали. Боль и стыд обрушились так внезапно, что она не могла нормально дышать. Зачем он заставлял ее делать все эти вещи? Это была игра? Ему это показалось смешным?

Ну почему она никогда не понимает, что у людей на уме?

– Я правда тебе не поверил, – ответил Майкл. – Я думал, если у тебя и есть проблема, то только с уверенностью в себе, и все пройдет, когда мы останемся наедине.