Из Забайкалья с приветом

Выручай!

– Я же сегодня дневальный!

– А я сегодня дежурный! Вечный дежурный! «От полетов отстранить, ста грамм не давать…» – припомнил классику отечественного кино. – Ты мне ключи от мастерской дай, я сам сгоняю. Не бойся, лишнего не возьму. На «неприкосновенный запас», который мы с тобой обнаружили, покушаться не стану.

– Ну, хорошо, – Паша достал и отдал мне ключи с таким видом, что я должен был понять – оказывает высокое доверие!

– Спасибо, братан! – хлопнул его по плечу. – За мной не заржавеет, если что.

Покинув столовую, прибыл на Пункт. Шмоляра, слава богу, еще не было. Ермак скучал один. Он поднялся было, чтобы сдать пост, но я остановил его:

– Погоди. Посиди еще, пожалуйста. Мне надо отлучиться. По вашему делу. Копия карты нужна, или нет? К местному фотографу я не пойду. Есть получше идея.

– Ну-ну. Ты прямо сейчас с картой выйти хочешь? Шмоляр вот-вот вернется.

– Нет, сейчас без карты пока. У тебя жетон посыльного есть?

– Жетон есть. Только сейчас ты никуда не пойдешь.

Вернется Шмоляр, тебя хватится. Кто карту подписывать будет?.. Вечером сходишь. Я приду тебя подменить и жетон принесу. А пока дежурь… Хм! – Ермачев покрутил головой и вышел. То ли шустрый я, по его мнению, то ли наглый.

Шмоляр вскоре вернулся, неизвестно откуда. В том-то и разница между сержантом и подполковником: сержант обязан докладывать подполковнику, куда уходит и откуда возвращается, а подполковник сержанту – никогда. Придирчиво осмотрев карту, Шмоляр пробурчал:

– Ладно.

Следовало понимать, на четверку, по крайней мере, задание я выполнил.

– Теперь надо нанести надписи. – Шмоляр достал шпаргалку, что и как должно быть написано. – Вопросы есть? Приступай!

Осмотрел карандаш, линейку. «Давно не брал я шашек в руки!», – подумал. Шмоляр снова стоял за спиной какое-то время. Очень хотелось обернуться и сделать подполковнику козу. Но, это был бы слишком откровенный плагиат Льва Николаевича Толстого с его желанием ухватить за нос учителя, и я так же, как Лев Николаевич, сдержался… Видя, что карандаш в моей руке не дрожит, линейка не трясется, Шмоляр снова оставил меня без присмотра.

Сказал только уходя:

– Аккуратно чтобы!

Ермак пришел после ужина. Выложил на стол жетон – два скрепленных между собой противогазных стеклышка. Внутри – бумага с синим оттиском круглой печати военной части. Он снял с вешалки телефон на ремне, подал мне:

– Надень на плечо.