Из Забайкалья с приветом

Ермак был нынче в роли тамады. Я при нем как-то больше помалкивал. Видел, что маленький сержант просто влюбил в себя и молодого дурачка-Берестова, и хмурого водителя Бугрова, и остальные его слушали, раскрыв рот. Правда, он мало что рассказывал о себе, зато помнил кучу приколов о сослуживцах. Ермак собирался оставаться на сверхсрочную, по собственному признанию. Правильно. Что ему делать на своем Дальнем Востоке? Для него наша Бурятия – шаг ближе к центру. Стать профессиональным военным у него, чувствовалось, очень даже получится.

Мне он, в общем-то, лишь одним был не по душе – тем, что держал дистанцию. По возрасту я этого «старослужащего» старше года на три буду, а он передо мной все «деда» включает!..

Я всегда умел замечать в людях красивое. Оставаясь при этом реалистом, хотелось бы надеяться, поскольку некрасивое видел тоже. Только старался на последнем не зацикливаться. Для злословия ума много не требуется.

Полевой выезд закончился. К сожалению, нельзя было сказать, что без потерь… «Крылья сложили палатки, их кончен полет…», – машинально напевал про себя Визборовское «Солнышко лесное» под бледным бурятским солнцем.

На складывание «крыльев», снятие фонарей, смотку кабелей, разбор каркасов и полов ушло некоторое время. Колонна двинулась в Кяхту, в свои красные казармы.

Сдав все лишнее Ермаку, который теперь вновь выступал в роли каптерщика, прибыл на пункт управления начальника ПВО. На меня сразу напал с расспросами Хотабин.

– Ну что, Смелков, стряслось там у вас, рассказывай…

Я стал рассказывать про чепе, акцентируя внимание на странностях: почему сержанты поехали за дровами без молодых? Почему – невзирая на буран? И дрова-то во взводе обеспечения, как выяснилось, в запасе еще были.

Мне хотелось возбудить интерес у будущего прокурора, что оказалось несложно, поскольку Хотабин итак уже проявлял любопытство, – видно было.

– Моим друзьям в прокуратуре сигнал был, – рассказал мне взводный, – что Абовян – не простой солдат, а родственник кое-кого.

Дескать, работайте на полную катушку. Есть шанс отличиться и продвинуться по службе. Однако ребята понимают: если история дойдет наверх в самом неприглядном виде, командир части на своем посту может не устоять. А полковник Санкин – настоящий офицер. И, полковник Санкин тоже не лыком шит, – заверил Хотабыч меня. Как понял, он не раз уже лично общался с командиром части напрямую, прыгая через головы своих начальников рангом пониже – Сенина, Шмоляра.