Их любимая

Я подняла на него измученный взгляд и встретилась с дикими черными глазами.

– Не смей, Кан, – рыкнул на него Роу. – Только попробуй что-то ска…

– Отойди от двери, – перебил он брата, не отрываясь от меня.

Неожиданно, его взгляд тоже потеплел, в нем не было больше ненависти. Они так быстро и легко меняют свои маски, точно как Транс и Варцлав.

– Вы все психи, – обреченно простонала я.

Закрыв лицо руками, почувствовала такое разочарование от этой черствой жизни. Какой там шанс? Не может быть никакого варианта для меня.

Из этой ситуации нет выхода. Дальше только страдания и смерть.

– Камилла…

Все трое одновременно и без остановки звали и что-то говорили. Рвались ко мне, звеня цепями по полу. Но я снова спряталась в свою раковину и не было никакого желания оттуда выползать. Голоса и звуки звучали отстраненно, а я тем временем звала свою волчицу, хотела спросить, как мне поступить, что она чувствует? Но та крепко спала. Я вспомнила, что у Виктора были необычные ампулы, которые могли парализовать вторую сущность и ослабить оборотня, сделать из него обычного человека на время.

Не знаю точно, откуда они у него появились, но, думаю, если он так крепко дружит с Варцлавом, то мог и с ним поделиться. А, значит, моя волчица еще долго не будет отзываться. Справедливо ли это, принять решение без неё? Вместе с общим шумом от волков, я ощутила давление их силы. Роу обещал не делать этого, но ведь остальные такого слова не давали. С каждой секундой становилось все труднее сопротивляться им.

– Камилла, сюда, немедленно.

– Черт побери, это приказ альфы. Ты обязана повиноваться.

– Прекратите давить на неё. Ками, давай все обсудим. Отойди оттуда хотя бы на время, а когда электрошок сработает, снова вернешься. Я даю слово, слышишь? Я клянусь священной луной, что никто из нас не прикоснется к тебе. Мы все отходим к стене.

– Черта с два я отойду, пока не достану её. Ты совсем спятил, Роу? Я не оставлю её там жариться, как рыбку на сковородке.

– Черт! – кто-то из них разнес стену и куски цемента посыпались мне под ноги.

 – Уходи, Камилла, это приказ.

Это было последней каплей. Моя голова разрывалась от боли, которая возникла от давления с двух сторон. Их крики и звуки цепей раздражали настолько, что, казалось, под кожей пробегают тысячи мурашек, и нужно немедленно встать, чтобы унять этот зуд.

– Кан, Кем, отойдите к стене. К стене, я сказал! – Роу закричал во всю мощь на своих братьев, заставляя меня вздрогнуть.