Роман со змеей

Со сдерживаемой улыбкой, глазами – омутами, и в каждом по черту. Новую, серьезную мину на ее лице я впитал в себя так же, как прежде лукаво – веселую.

– Как Гоша? – спросил я Рому, чтобы переменить тему. – Как братва?

– Гоша с Джо «уазик» красили вчера, – сказал Рома. – Я им бампер приварил.

Натаха отвела Татьяну в сторону, поговорить о чем – то о своем, о женском. «Уазик» – это хорошо, – подумал я. – Поедем в лес за глухарями». А вслух спросил:

– Как Джо? Охотится?

– Брал ружье у Хустова. Свое-то у него отобрали.

Не знаю, добыл ли чего.

– Что Хустов делает?

– Глаз лечит! – встряла, вернувшись к нашему разговору, Натаха. – Стася ему подсветила глаз, чтоб лучше видел, когда к молдавашкам шляется!

Я знал эту общую беду всех женщин Кувшина. Две сестры – молдаванки, потерявшие жилье в Приднестровье, поселились здесь у какой-то дальней родственницы, давно схоронили и родственницу, и мужей, дети вернулись на родину, а они прижились. Достигнув сорока пяти, бабы вновь стали ягодками, да такими, что слаще некуда, не отказывали никому, и, тоскуя, видимо, по своей теплой родине, постоянно подогревались изнутри.

– Все-таки спалят их притон когда-нибудь! – погрозила кулаком Наталья куда-то в сторону. Посмотрев на ее кулак, я подумал, что Хустову крепко повезло, что глаз ему подсветила своя жена, а не Ромина. Рома только махнул рукой на ревнивую бабу и спросил:

– К Гоше сейчас зайдешь?

– Нет, Рома, позже. Надо сначала печку протопить, все-таки не май месяц.

Я подхватил с травы свой рюкзак и повесил за плечо.

– Я тоже пойду, – стала прощаться Татьяна. Ой, как мне понравилось это «тоже»! Я же крепко–накрепко запомнил слова Ромы, что живем мы с ней на одной улице, через дом! Я подхватил свободной рукой Татьянину сумку так, словно проделывал это уже сто раз. Мы пошли по песчаной дороге вдоль почерневшего деревянного забора.

– Мне нравятся эти заборы, дома, – указал я кивком на то, что было перед глазами. – Они вписываются в окружающую природу, не то что крашеные.

Мрачное великолепие. Люблю приезжать сюда. Правда, то, что произошло со Спонсором, это уже чересчур… мрачно! Придется брать пули, идя в лес. Ты умеешь стрелять? спросил я вдруг Татьяну.

– Умею, – неожиданно для меня сказала она.

– Хм! – усмехнулся я. – Думал, скажешь, нет. Пойдем, постреляем? Распугаем всех медведей, чтоб близко не думали даже подойти?

– Мне сначала из дома всех мышей распугать надо, – засмеялась она. – Тетя с дядей в санаторий уехали.